— Это будет нечестно по отношению к твоим партнерам, — робко проговорила Кассандра.

— А ты думаешь, что они — сама честность? Откуда нам знать, к каким хитростям прибегнут наши так называемые партнеры, чтобы заключить контракты с выгодой для себя? Мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы предупредить возможный сговор, — развил свою идею мужчина.

— Не думаю, что они будут настолько неосторожными, чтобы выбалтывать собственные секреты, — предположила она.

— Ну, значит, эта идея просто не оправдает себя. Тем не менее ничего крамольного я в ней не вижу… В общем, в пятницу я приглашу их к себе домой на деловой ужин. Вернее, мы начнем с неофициальной трапезы, а потом перейдем непосредственно к переговорам. Они отведают мое вино из моих собственных погребов, насладятся яствами, расслабятся. Мы сделаем все, чтобы они потеряли бдительность… — планировал Хоакин, но, внимательно посмотрев на Кассандру, осекся и воскликнул: — Что за мина?

— Не поняла? — переспросила она.

— Что ты изобразила на своем лице?! — еще энергичнее возмутился он.

Кассандра внимательно посмотрела в зеркало и непонимающе покачала головой.

— Глядя на тебя, можно подумать, что я склоняю тебя к соучастию в преступлении. Заставляю пойти на смертный грех. Как, по-твоему, этот смертный грех называется? Убийство? Воровство? Прелюбодеяние? Как?

— Лжесвидетельство, — подсказала ему Кассандра.

— Лжесвидетельство? Как мило! Ну, если не хочешь лжесвидетельствовать, вообще рта не открывай. Мудрец сказал, что каждое произнесенное слово есть ложь. Как с этим прикажешь быть? — негодовал Хоакин, услышав возражение в свой адрес. А это никогда не прощалось возражающему.

— Я не осуждаю твоих намерений, дорогой! Не подумай! — поспешила оправдаться перед ним Кассандра. — Я лишь пытаюсь тебе сказать, что вряд ли смогу им солгать. Я не умею. Они сразу обо всем догадаются.

— Тебе не придется импровизировать. Они приедут, я выйду поприветствовать гостей, а ты просто начнешь переводить. Мы даже объясняться с ними не станем, и без объяснений будет понятно, что босс не говорит по-английски, а если и говорит, то недостаточно хорошо. Пусть понимают, как им заблагорассудится. А ты знай себе переводи. Спрос с переводчика какой? Тебе велели переводить, вот и переводи все подряд. Или не справишься? — сощурившись, спросил Хоакин.

— Справлюсь, — уныло проговорила Кассандра.

— А я тебе за это цветы и шоколад. Ведь у нас вроде как годовщина грядет, — словно только что припомнив, произнес он.

— Да, — все так же уныло подтвердила женщина.

— Не очень-то я романтичен? — самодовольно спросил Хоакин и вгляделся в лицо Кассандры.

— Я думала…

— А что поделаешь, — перебил ее испанец. — Дела. Эта встреча с покупателями была намечена давно. Работа — прежде всего! — провозгласил он.

— Я поняла. Я не жалуюсь, лишь хотела сказать, что…

— Ты ведь не станешь просить, чтобы я отменил ее? — вновь перебил женщину Хоакин.