— Но я пригласила его. С этим уже ничего нельзя поделать. Придется терпеть, — ласково возразила Кассандра.

— Я его не пушу, — сообщил хозяин дома.

— Не глупи. Рамон твой брат, кроме того, он печется о тебе, — принялась убеждать его Кассандра.

— Тогда скажи ему, чтобы прекратил это бесполезное занятие, поскольку по части заботливости ты вне конкуренции, — льстиво проговорил Хоакин, прижавшись щекой к щеке Кассандры.

— А мы с ним и не соревнуемся, просто каждый на своем месте, — прошептала она.

— Я сказал «нет»! — резко выпалил Хоакин, учтивые доводы которого иссякли.

— Хочешь, чтобы я позвонила твоему брату и сказала, что ты не желаешь его видеть? — сухо спросила Кассандра.

— Именно, — подтвердил он. — В этом доме я хозяин, и не желаю принимать посетителей, по крайней мере, сегодня вечером. Если тебя что-то смущает, я сам могу сказать это Району. Когда я говорю «нет», я имею в виду только «нет» и ничего кроме!

— Что все это значит? — взволнованно спросила Кассандра.

— Никаких гостей!

— Это я уже поняла. Но что за бес в тебя вселился? Твои перепады настроения совершенно сбивают меня с толку! — посетовала женщина, которая, видимо, успела отвыкнуть от его обыденных вспышек гнева.

— Позволь тебе напомнить, что это мой дом. И я не потерплю возражений в своем доме! — разъяснил свою непримиримую позицию Хоакин.

— Это наш дом, если ты еще хочешь, чтобы я оставалась здесь с тобой. Или у тебя изменились планы? — с нехарактерной для себя твердостью проговорила Кассандра. — Я хотела повидаться с твоим братом и не вижу причин, чтобы воздерживаться от этого.

— Только не сегодня вечером, — процедил Хоакин.

— Это еще почему? — ободренная сошедшей с рук дерзостью, возмутилась Кассандра.

— Просто… у меня были другие планы на этот вечер, — вынужден был объяснить Хоакин, и вся его спесь разом сошла на нет, приоткрыв страдальческое лицо запоздалого раскаяния.

— И могу я знать, что это за планы? — тихо спросила Кассандра. — Я должна знать, если ты хочешь, чтобы я попросила Рамона не приезжать на ужин.

— Я хотел побыть с тобой наедине. Рассчитывал, что мы сможем поговорить по душам. Рамон был бы лишним. Ты это понимаешь? — проговорил Хоакин. — И еще я хотел пригласить тебя в ресторан. Столик уже заказан.

— У меня нет желания выходить сегодня вечером из дома!

В отличие от Хоакина она твердо знала, что означает дата, жирно обведенная в календаре. И вряд ли ее можно было считать достойным поводом для торжества.

— Я приготовила паэлью, — сообщила Кассандра.

— Я люблю паэлью, — отозвался Хоакин, успокоившись после очередного припадка ярости.

— И если мы уже не ждем Района, то не лучше ли накрыть стол снаружи у бассейна?

— Пожалуй, — кротко отозвался Хоакин.

— Могу я попросить, чтобы ты сделал это, пока я позвоню твоему брату? — осторожно спросила женщина.

— Не беспокойся, я обо всем позабочусь, — твердо произнес он и взялся за дело.

Кассандра вздохнула с облегчением.

— Надо же, ты отлично постаралась! — похвалил Хоакин, закончив переносить изысканные блюда из кухни на площадку возле бассейна.

— Делаю, что могу, — скромно отозвалась женщина.