Глава 2

— Я повторяю свой вопрос, юноша — что здесь происходит? — во взгляде Воронцова, обращенном на затихшего Лаврентия, так и плескалось презрение.

— Я думаю, вы и сами прекрасно понимаете, что здесь происходит, — холодно ответил я. — Или будете ломать комедию?

Не то, что бы Рысаков был мне так уж дорог, нет. Но отступиться здесь и сейчас, на глазах самых знатных и влиятельных людей губернии… Нет уж. Воронцова перешла черту, и уже неважно, было ли это сделано намеренно, с целью меня поставить меня в неловкое положение, или эта дура действительно так развлекалась, уже плевать.

Формально, пока она не поймана за руку, ей даже формально ничего нельзя предъявить. Но фактически любому, кто видел происходящее с самого начала, было ясно как день, что здесь происходит, однако это к делу, как говорят сыскари, не пришьешь. Да и ради какого-то там Рысакова портить отношения с целым Архимагом, тем более из такого Рода? Дураков нет.

— В виду твоей молодости я на первый раз прощу тебе твой тон и слова, — перевел он взгляд на меня. — Но советую впредь тщательно обдумывать свои слова в разговоре со мной. Итак, я жду ответа на свой вопрос, молодой человек.

— Ну что ж, — пожал плечами я, ощутив, как наконец закончило свою работу Заклятие Познания. — Сия особа, по-видимому ваша супруга, решила жестоко пошутить над моим товарищем. Я не спрашиваю, зачем почтенная матрона пользуется духами, смешанными со слабым приворотным зельем, это уж ваше дело. Но использовать Магию Разума на балу, который устраивает генерал-губернатор, против одного из его гостей — это уже плевок в адрес хозяина этого дома.

— Вы бросаетесь очень серьёзными обвинениями, молодой человек, — с лёгкой улыбкой ответила сама блондинка. — Вы ведь понимаете, что у подобных высказываний могут быть весьма серьёзные и печальные последствия… Для вас, разумеется.

— О да, само собой, — кивнул я, криво улыбаясь. — И уверяю вас, я в состоянии доказать правоту своих слов хоть прямо сейчас, если вы на этом настаиваете.

И я не блефовал. Заклятие Познания — это магия, которая позволяет очень быстро проанализировать колебания магической энергии в указанной чародеем области. Ещё один плюс — полученные этим способом данные можно было передать другим чародеям. Знавал я виртуозов, что умудрялись даже в бою эти чары использовать, мгновенно находя уязвимые места во вражеских чарах… Но я подобным мастерством и близко не владел.

И этот анализ, сожравший у меня две трети резерва маны и напрягший каналы маны так, что очень хотелось орать благим матом, можно было легко и просто предъявить. Несложный ритуал, требующий с полкружки моей же крови, в которой запечатается это моё заклятие — и готово. Аурные отпечатки блондинки и Рысакова, характер магического воздействия со стороны Воронцовой и его последствия для Рысакова — всё тут, и это хрен подделаешь. Я, во всяком случае, не смог бы.

— Судари и сударыня, может, право слово, ну зачем ссориться в такой прекрасный вечер? — внезапно подал голос кто-то из наблюдавших за наших перепалкой аристократов. — Хотя бы из уважения к человеку, в чьем доме мы находимся, стоит на время отложить склоки и свары. В конце концов, выяснить отношения можно и в другой раз, не последний день живем. Олег Иванович, право слово, несолидно — цапаетесь с юношей, что вам во внуки годится.

А вот этого человека я знал и даже был рад видеть. Генерал Багрянин, под чьим началом я служил не один месяц, которого я искренне уважал за личные качества.