Она закрыла глаза.

Тяжело вздохнув, Клод скатился на траву. Лежа на спине и глядя в небо, он взял руку Флой в свою ладонь.

– Что это было? – прошептала она, не открывая глаза. Ее дыхание все еще было порывисто. Она пропустила пальцы между пальцами его руки. – Что же это было?

– Что бы это ни было, это было прекрасно.

– Да. – Флой посмотрела на него и увидела, что он изучает облака, проплывающие мимо них высоко в небе.

– Смотри, – сказал он, улыбнувшись. – Вон Бэмби.

– Где? – удивилась Флой.

– Вон там, на небе. – Он поднял руку, показывая.

– А-а! – протянула она, заметив, что одно облако действительно по форме напоминает олененка.

– А вон то видишь? Такое длинное, вытянутое. Справа. Это лодка.

– Ммм. – Она лежала рядом с умопомрачительным мужчиной, который видел жизнь в облаках. – Ты всегда что-нибудь видишь в облаках?

– Это успокаивает. Ты так не думаешь?

– Я как-то не очень часто расслабляюсь таким способом.

Он тихо усмехнулся.

– Скажи, принцесса, когда в последний раз ты так расслаблялась?

– Ладно. Так я еще не расслаблялась, – призналась она.

Клод откинул голову назад, пытаясь увидеть как можно больше неба.

– А для меня это излюбленная терапия. К тому же денег не требует.

Она повернулась к нему и приподнялась на локте. Так она могла видеть его всего, свободно вытянувшегося на траве, как у себя дома на диване. Он показался ей каким-то длинным, сухощавым. Мокрым. Одежда прилипла к его могучему телу, и Флой подумала, что этот человек должен обладать не только внешней, физической, силой, но и внутренней.

– Зачем такому мужчине, как ты терапия?

Он посмотрел на нее и улыбнулся, стряхнув с ее волос прилипшую траву.

– Что значит, как я?

– Как ты, – повторила она, и ее голос слегка дрогнул под его взглядом, – значит, сильный, умный, сам себе хозяин. Ты сам делаешь спою жизнь, а не плывешь по течению. Так зачем тебе нужна терапия?

– Ты будешь удивлена. – Он посмотрел на нее пронизывающим взглядом, значение которого она не могла понять. – Ты помнишь ту ночь в сквере?

Как она могла забыть?

– Да.

– Поцелуй. Ты помнишь поцелуй?

– Да, – сказала она так тихо, словно была за тысячу миль, и сюда донеслось только эхо, – Мы тогда оба решили, что это будет наш последний поцелуй.

– Я знаю.

Он лежал, распростертый на траве, мокрый, согреваемый слабыми лучами солнца, так близко и в то же время так далеко. Испугавшись этой мысли, Флой положила руку на его плечо, чтобы почувствовать, что он здесь.

– Мы не хотели, чтобы это повторилось. Для тебя что-нибудь изменилось?

Хороший вопрос. Ее пальцы скользнули вниз по его мускулистой руке.

– Мне понравилось, как мы боролись. Это было здорово.

– Боролись? Это было сущее избиение младенцев с твоей стороны. Я был без оружия.

– Да? – Она улыбнулась. – Младенец. – Флой тихонько поцеловала его в плечо.

– Приятно, – откликнулся Клод.

– Я совсем обессилела. Я хочу узнать о тебе больше. – Она настолько не ожидала услышать от себя эти слова, что испытала настоящий шок, когда они слетели у нее с языка.

– Зачем?

Она поняла его.