– Желай что-то другое, – видимо, хват-подполковник решает, что подобный финт не слишком поспособствует популярности и политическому росту.

– Тогда сигару мне, – пожимаю плечами и чувствую тяжесть серебряной веревки.

Кто-то бросает мне раскуренный черут. Сую сигару в зубы и несколько раз глубоко затягиваюсь. Вспоминаю, что не курил уже демонски длительное время. Хотя, нет. В ресторане мне удалось немного покурить.

Стараюсь как можно больше растянуть удовольствие. Смотрю на искрящиеся горы Хаоса, на темную гладь Черного озера, виднеющуюся за стеной КуСаМлОф. Пытаюсь разглядеть закопченные шпили моего замка. Но не могу увидеть их за туманной дымкой. К тому же обзор закрывает неправдоподобно большая громада Башни Управления.

Второутрие. За стенами бушует городская жизнь. Просыпаются многочисленные клерки, банковские служащие, полицейские, вампиры и прочие ненужные для города существа. На мостовые взбираются крокодилоборотни, исполняющие роль общественных урн. Набережная гудит от выкриков портовых грузчиков и торговок. Гудят тягловые киты, тянут по озеру тяжелые грузы из далеких провинций. Матерятся извозчики, открывает работу Большой Рынок. Оттуда сразу же доносятся выкрики торгашей: "Па-а-а-ахлав-а-а в-а-альшебы-ны-ая. Недора-га!" и "Силюший, дарагой, купи козочку дыля пилотских утэх!". Проклятые эмигранты из запада! Понаезжало тут, понимаешь…

Пахнет утренней свежестью и прохладой. Ноздри трепещут и неземных ароматов горького шоколада и подгорелой картошки – заносит из фабрики сладостей и близлежащей солдатской столовой.

– Долго еще?

Вопрос выводит меня из размышлений. Замечаю, что курить практически не осталось, у меня в руках маленький окурок сигары.

– Сейчас, – дрожащими пальцами сбиваю пепел с дымящегося обрубка черута.

Выбрасываю сигару только тогда, когда нервные окончания свидетельствуют об ожоге. Стараюсь попасть в лысую макушку хват-прапора. Но попадаю только ему в грудь. Жуть ругается и оттирает китель от налипшего пепла.

– Привести приговор в…

– Я не дам тебе умереть! – выкрикивает вдруг Эквитей и бросается вперед.

Парочка охранников отлетают в стороны, будто мелкие соринки. Но королю не справиться с тренированными оборотнями. Куда там обычному человеку до нас? Его быстренько укладывают головой в колдетон и кто-то наступает ему на спину.

– Не переживай, правитель, – стараюсь добавить до горечи в голосе хоть капельку оптимизма. – Встретимся на той стороне. Там, говорят, довольно тепло и к тому же почти все друзья уже там…

– Бедная Харишша, – причитает монарх, отплевываясь от колдетонной крошки. Это подтверждает мою догадку о том, что он больше печется о судьбе своей новообретенной дочери, чем обо мне.

Тяжело вздыхаю и вижу, как ладонь шакалоборотня ложится на рукоятку механизма. Сейчас будет короткий щелчок. Плиты подо мной резко упадут вниз, и через миг мое тело уже вовсю будет болтаться в утробе глубокой ямы.

– Стоять! – хриплый рык настолько громок, что палач зажимает уши.

Подозреваю, голос кричащего был специально усилен магией. И это колдовство предназначалось только для клочковатой шакальей шкурки.

– Что такое? – недовольно спрашивает хват-подполковник.

Я тоже поворачиваюсь и едва сдерживаю отпавшую нижнюю челюсть. На такое зрелище даже перед смертью стоит посмотреть!

Здоровенный тягач пыхтит изо всех сил, паруя смердящим чесночным дымом. За фитильгрузовиком медленно передвигается каменная глыба, окруженная обломками стен. Если присмотреться, можно увидеть зеленый ковер на полу, несколько магиартин и даже круглый стол с удобными креслами.