— Ой, Алексей, это ты? — пролепетала Вика, а её щёчки стали наливаться красным цветом, несмотря на толстый слой макияжа.

— Не ждала? — спросил, сдерживая улыбку, наблюдая, как подруга пытается спешно пригладить волосы, но те упорно не слушаются.

— Чего не предупредил? — проворчала девушка, взгляд, который метнулся на отца и точно его бы подпалил, владей она магией.

— И как бы это мог сделать, если нам запретили общаться? — поинтересовался я.

— Прошу за стол, — прервала нашу беседу Евгения Михайловна, — чай уже стынет.

— Мам, сбегаю переодеться? — попросила Вика.

— Нет, ты сама выбрала такой образ! — припечатала та. — Ну, если хочешь — иди в свои комнаты и там оставайся, второй раз не позову.

— Ты жестока, — вздохнула брюнеточка и хмуро на меня посмотрела.

Так, похоже мне тоже перепадёт. Ничего, помиримся, долго дуться не станет, а может и не обидится или на радостях простит. Правда, для этого мне девушку из родительского гнезда ещё предстоит каким-то образом забрать. Не воровать же её? Хм, а это мысль, если не отдадут, то придётся пойти по стопам Джокера и встать на кривую дорожку. Смеюсь, что-нибудь придумаю.

Мы прошли в столовую и расселись за обеденный стол. Евгения Михайловна разлила по чашкам чай, при этом не выставив к нему никаких сладостей. Мне дают понять, что не рады такому гостю. Пётр Иванович морщится, но помалкивает. Виктория на меня с надеждой поглядывает и тоже ничего не говорит. Да и вообще, подруга напряжена, чувствуется, что ей неловко от того, как выглядит.

— И зачем же вы, господин Голицын, нанесли нам визит? О чём хотите поговорить? — скрестив руки на груди, спросила Евгения Михайловна.

— Мне ваша дочь нравится и хочу её забрать, — не стал ничего скрывать.

Правда, от моих слов закашлялся отец девушки, подавившись чаем.

— Продолжайте, — попросила меня супруга хозяина дома, когда тот откашлялся.

— Обещаю о Виктории заботиться и ни в чём её не ограничивать, — продолжил я. — Со своими проблемами разобрался и хоть на данный момент не успел особо разбогатеть, но это не за горами.

— Алексей, ты не делаешь предложение и не просишь руки Виктории. Правильно понимаю? — недоумённо произнёс Пётр Иванович.

— Пап, о чём ты? Я же сказала, пока не закончу универ, то ни о каком замужестве речь не идёт. Не питайте иллюзий! — взяла слово девушка.

— Из-за такой позиции и не купил ещё кольцо на её безымянный палец, — развёл я руки в стороны.

— И потом, не факт, что мы уживёмся! — продолжила Вика. — Вам мой характер известен, а сейчас такие нравы, что штамп в паспорте ничего не значит. Сегодня он есть, а завтра другой. Нет, спешить не хочу и точка!

— Дочь! — покачала головой Евгения Михайловна.

— А что такого? — хмыкнула моя подруга. — Сама рассказывала, что долго отказывала отцу, но с ним уже вместе жила. Яблоко от яблони, — она повторила мой жест и развела руки в стороны, но потом быстро их на груди сложила, прикрывая розовый лифчик.

Кстати, где она такие шмотки взяла? Никогда ни в чём подобном её не видел. Обязательно потом расспрошу.

— Вы друг другу не подходите, и мы с отцом против такого союза! — высказалась мать девушки.

— Алексей, не пойми неправильно, — начал Пётр Иванович, но я его перебил:

— Простите, вам кое-что ещё необходимо знать, — достал из внутреннего кармана пиджака несколько документов и положил на стол. — Мне вернули титул, положенный по рождению, клан и его земли. Правда, других активов не осталось.

В столовой повисла тишина, как после одиночного выстрела. У Вики на лице стала расплываться неуверенная улыбка и она, почему-то покосилась на свой безымянный пальчик.