— Режь хлеб и ставь тарелки.

Ника становится на табуретку, достает глубокие тарелки — Славику, матери, себе. Она спрыгивает с табуретки, и.., тарелки выскакивают из рук и с ужасающим звуком разлетаются по кухне!

Мать вздрагивает, бледнеет. Ника машинально садится на корточки.

— Да что за руки у тебя! — кричит мать и, оттого что Ника не подает признаков жизни, еще больше распаляется:

— Безрукая! Неумеха! Дрянь!

Ника собирает осколки, а мать все кричит над ней, выплевывая ей в затылок злые непонятные слова. Ника давится слезами, но в это время поворачивается ключ в замке — пришел Славик. Мать быстро берет себя в руки. Садятся обедать. Нике кусок не лезет в рот — там застряла обида, слезы капают в суп.

Зато Славик ест с аппетитом. Он звучно хрустит луковицей, шумно втягивает в себя горячий суп, с шумом ломает курицу. Он очень сильно растет и к тому же много занимается спортом. Ему нужно хорошо питаться.

— Я сейчас убегаю, мам. У нас соревнования по баскетболу.

— Конечно, сынок. Возьми на холодильнике мелочь на автобус. Ника, найди Славику чистую футболку.

Ника отправляется в спальню родителей и сразу находит футболку. Белье в воскресенье будет гладить отец — Нике пока утюг не доверяют. Ника относит футболку в комнату брата и забирается с ногами на диван. Славик переодевается. Ростом он почти с отца, но еще по-мальчишески худ. Светлые, как и у отца, волосы отросли и закрывают уши.

Славик — надежда родителей. Ника слышала это не раз. Еще чаше ей напоминали, что нельзя мешать брату, когда он делает уроки или читает. Славик должен получить высшее образование и стать инженером. Это мамина мечта. Покой Славика тщательно оберегается — его не утруждают работой по дому. Он должен хорошо учиться.

Ника тоже хорошо учится. Она изо всех сил старается, чтобы заслужить похвалу, но почему-то маму совсем не интересуют оценки в ее дневнике.

— Девочке ни к чему забивать голову наукой. Девочка должна научиться хозяйничать, и достаточно, часто говорит мать в разговорах с подругами.

Постепенно Ника всему научилась. Теперь, когда ей четырнадцать, она умеет все, что должна уметь взрослая женщина. Только никто не научил ее обращать внимание на себя.

— Ужасно, ужасно, ужасно! — повторяла Ника, запихивая в шкаф одежду, которую благополучно носила до сих пор.

«Белоснежка»! Ника вскочила и выхватила из шкафа свою видавшую виды школьную форму. Метнулась в спальню родителей, выдвинула верхний ящик комода, стала открывать коробочки и шкатулки.

Наконец нашла то, что искала — кипенно-белые кружева. Когда и зачем они покупались? Никино сердце дернулось в каком-то сладком предвкушении. Она вернулась к себе и, достав ножницы, стала выкраивать воротнички для формы. Это оказалось совсем нетрудно. Она шила белые воротнички и повторяла на разные лады: Коля. Коля. Коля. За этим занятием застал ее вернувшийся с шахты отец.

— Что за переворот? — весело поинтересовался он.

Ника обернулась и быстро вобрала в себя взглядом родные черты лица с первыми бороздками морщин, щетину на щеках и колючий ежик седины надо лбом.

— Папа! Мне.., мне нужна новая одежда! — выпалила она и, спохватившись, закрыла рот. Впервые она обращалась к отцу с подобной просьбой. Для убедительности своих слов Ника показала ему фартук с подпалиной и выгоревший спортивный костюм.

Отец потер подбородок.

— Ну что ж, раз такое дело… С получки сходишь с тетей Альбиной в магазин.

— Нет! — Ника подпрыгнула. — Только не с тетей Альбиной и не с тетей Кристиной, папочка! Лучше я пойду одна!

— Это почему же? — Отец перешагнул через разбросанные на полу одежки и сел на диван.