Кэтрин Спэнсер. Веронские любовники
ГЛАВА ПЕРВАЯ
21 августа, пятница Лучи солнца отражались от водной глади бассейна, покрывая потолок спальни мерцающими бликами. Наступил очередной день бесконечного лета. В этом году оно выдалось таким жарким, что трава выгорела до желтизны везде, кроме сада ее матери. Здесь каждую ночь работали поливальные установки и изумрудно-зеленые газоны сохранили бархатную мягкость. Лежа на спине, накрытая одной только простыней, Хлоя Мэтсон мысленно перебирала в голове планы на грядущий день. С утра надо будет привести в порядок дела на работе. Хорошо бы еще хоть немного пообщаться с Бейроном, ее женихом. Обедает она со своей лучшей подругой Моникой, после чего ей предстоит окончательная примерка подвенечного платья. Моника тоже заказала себе наряд, поскольку на свадьбе она выступит в роли главной подружки невесты. Затем у Хлои последняя встреча с поставщиком провизии, а ближе к вечеру – консультация со стилистом по поводу свадебной прически. И, наконец, грандиозный финал – коктейль в честь приезда родителей жениха из Оттавы. Они проведут его здесь, в доме ее матери, куда Хлоя переехала на время подготовки к торжеству. Как же так получилось, что скромная церемония, которую планировали они с Бейроном, превратилась в главное светское мероприятие сезона? Каким образом тщательно продуманный список из двадцати особо приближенных гостей разросся до ста двадцати? Им бы стоило сбежать, хотя так поступают только самые юные и нетерпеливые влюбленные. Они с Бейроном слишком благоразумны, они слишком взрослые, чтобы вести себя, как Ромео и Джульетта. Нет! Только не как Ромео и Джульетта! В ее сознании как будто с лязгом захлопнулась невидимая железная дверь, похоронив за собой воспоминания. Хлоя не хотела иметь с ними ничего общего. Внизу на террасе завтракали ее мама Жаклин и бабушка Шарлотта. Сквозь открытое окно доносились негромкий гул голосов и слабое, едва различимое позвякивание фарфора. Приятно пахло кофе. Хотя Хлоя не могла разобрать отдельные слова, она знала, что обсуждается ее предстоящая свадьба. В последние дни все только об этом и говорили. – Вы поднимаете слишком много шума, – возмущалась она, когда события понеслись с пугающей быстротой. – Это же не первый брак ни для меня, ни для Бейрона. – Если ты настолько любишь его, что готова оформить ваши отношения официально, то мы очень рады за тебя, – возражала ее мама. – Но я ни за что не позволю своей дочери довольствоваться какой-то жалкой скромной свадьбой! Когда в апреле Бейрон сделал ей предложение, Хлоя и не думала сопротивляться. Теперь она жалела об этом. Но свадебные приглашения были разосланы шесть недель назад, свободные спальни в доме подготовлены к приему родственников из других городов, и все комнаты в ближайшей гостинице «Триллиум» забронированы в ожидании наплыва гостей. Уже слишком поздно отступать. Хлоя поправила подушку у себя под головой и грустно обозрела свой силуэт, проступающий под простыней. Ножки тоненькие, живот впалый, бедренные суставы торчат, словно прищепки для белья. А маленькая грудь вообще едва заметна. – Да, похвастаться грудью ты не можешь. Главное, чтобы ребеночек сумел разобраться, где тут дают покушать, – пошутила Моника, когда они пошли выбирать свадебные наряды, и тут же спохватилась, осознав, что затронула больную тему: – О господи, Хлоя, я забыла! Прости меня, сама не знаю, что несу! А Хлоя не забывала никогда. Вот и сейчас она повернулась к фотографии в серебряной рамке, стоящей на прикроватной тумбочке, и встретилась с внимательным взглядом темных глаз сына. На карточке он навсегда остался двухмесячным. – С добрым утром, мой ангел, – прошептала она севшим голосом. На первом этаже зазвонил телефон. |
