– Ваше величество, а что за маг?

– Очень коварный и опасный противник. Не скажу, что сильный, но, несомненно, умный. Обезвредил четверых моих стражниц. Мы не могли допустить, чтобы такие же, как он, пришли сверху.

– А можно его увидеть?

– Можно, сейчас он не представляет опасности. Волшебник содержится в Забанааке, магической тюрьме.

– Тогда благодарю за уделенное время, – я расшаркался и даже поклонился. А чего, с меня не убудет. Тем более при всем уважении к Крепкорукому, но общаться с Намберту в разы приятнее, чем с Дриином.

– Флавель, сопроводи Крила в тюрьму, – Огнебокая обнажила свои жемчужные зубы в улыбке, – исключительно в роли гостя, конечно.

– Я сама, – встряла Линк, отодвигая нахмурившуюся омиху-блондинку вполне аппетитной внешности, – нечего давать серьезные поручения вертихвосткам.

Жаль, блондинка мне понравилась, но вступать в конфронтацию с пожилой Линк, которой даже Намберту слова против не говорила, не хотелось. Еще раз поклонился и отправился в противоположную от входа сторону. Рассеянная шагала по лестнице и покачивалась, как пьяница, познавший всю суетность бытия и бежавший за дополнительными пятьюдесятью граммами истины. Да, тяжело давались им сильные заклинания.

– Можно было бы реанимировать лифт. Прицепить лебедку, трос…

– Механизмы, – презрительно скривила губы Линк. – Оставь эту ерунду гно. Это они любят всякое такое. Мы маги и не запятнаем свое имя подобной ерундой.

Ну надо же, а омы мне только начали нравиться. Нашлись тоже белоручки. Я сам, конечно, не пролетарий с мозолистыми ладонями, но к физическому труду относился с уважением, всегда приятно наблюдать за работой мастеров своего дела. А всевозможные конструкции, механизмы и точные приборы были для меня примерно тем же самым, чем для ацтеков ружья в руках прибывших на их континент испанцев.

С другой стороны, не буду судить о всей народности омов по одному, явно не самому приятному представителю. Как я заметил, Линк не жалуют ее же сородичи за слишком острый язык и огромное желание влезть без мыла куда ее не просят. Видал я таких, из разряда «хочешь сделать хорошо, сделай сам». Только часто они бестолково бегают, хватаются за все подряд и лишь всем мешают.

– Сюда, – махнула рукой Линк, уводя меня под пирамиду.

Нас на короткое время обступила тьма, которая скоро рассеялась и представила моему взгляду дивную картину. В центре высокой, метров в двадцать высотой, залы, по периметру располагались омы, в очередной раз заметил, что мужчин всего несколько, остальные все женщины. Эх, был бы я гномом… Стражники и стражницы стояли перед неподвижным мыльным пузырем, диметром метров в десять, источающим знакомый синий цвет. А внутри него сидело существо.

– И это знаменитая тюрьма? – разочаровался я, т.юбыча пальцем в пузырь.

– Забанаак переменчив, как намерения мужчины жениться после овладения женщиной, – недобро ответила Линк. – Для нейтрализации этого мага достаточно именно такого Забанаака, если ему понадобится стать больше, он станет.

– Ага, тюрьма с искусственным интеллектом в режиме экономии энергии, – понял я. – Ну, пойдем посмотрим вашего коварного мага, что отрезал мне путь наверх.

Мы спустились вниз, прошли мимо расступившейся стражи – все же коротышки, завернутые в простыни, на фоне бронированных бойцов Дриина выглядели забавно – и встали перед пузырем. Я заметил слабую рябь на его поверхности, тюрьма почувствовала меня? Не бойся, Маша, я Дубровский, в смысле, никакой не маг и колдовать не умею. А божественные скиллы не в счет.