Выглядываю в окна, затянутые ледяной коркой, прислушиваюсь. Мимо дома пробежала легковая автомашина. Не они ли? Нет, мимо.

В комнате тихо. На табурете - недокуренная папироса Преображенского. На столе - баян. Скоро ли руки хозяина опять переберут перламутровые клавиши? На стене висит гимнастерка с голубыми петлицами, на ней прикреплены два ордена Ленина, Золотая Звезда. На столе лежит нераспечатанное письмо. Все здесь ждет своего хозяина.

Начальник штаба принял экстренные меры для розыска экипажа. Он сообщил о случившемся командованию бригады, сделал запросы по другим аэродромам, выслал самолеты на поиски.

Прилетели комбриг Логинов и комиссар бригады Александров. Штаб военно-воздушных сил КВФ связался со всеми соседними аэродромами. Комиссар бригады высказал совершенно твердое убеждение: Преображенский найдется.

- Этот человек так просто не погибнет, - говорил Александров. - Моторы надежные, не должны сдать. Но, допустим, что моторы все-таки сдали. Где? Над нашей территорией или в расположении противника? И все равно я верю полковник придет!

В комнату вошел подполковник Тужилкин.

- Приняты все необходимые меры для розыска полковника, - сказал он. Истребительная и тяжелая авиация прочесывают все в районах предполагаемой вынужденной посадки.

Слова Тужилкина ободрили немного.

- А не могли они в сплошном тумане потерять ориентировку? - спросил Александров.

Никто не ответил ему.

Минули четвертые сутки, а от экипажа не было никаких вестей. Тогда вызвали летчика Ивана Ивановича Борзова. Спросили:

- Полеты на поиски связаны с большим риском. Будешь рисковать?

- Буду, - ответил Борзов.

- Придется летать и днем и ночью.

- Буду.

- Готов ли ты искать полковника на вражеской территории?

- Готов, - сказал Борзов. - Жизнь за него отдать могу.

Иван Иванович Борзов вылетел на поиски Преображенского. Вглядывался в каждую точку, в каждый кустик, в каждую мало-мальскую приметину. Поистине утюжил снег и землю. И каждый раз возвращался ни с чем. Самолет сиротливо ревел над болотами, то взмывал в небо, то опускался к сугробам и так же сиротливо и одиноко возвращался.

Где искать еще? В дело включились партизаны, бойцы Ленинградского фронта и лучшие летчики: Сергей Иванович Кузнецов, Алексей Пятков, подполковник Тужилкин.

Но все поиски были безрезультатны.

Комиссар полка Оганезов был тяжело болен. Он лежал в госпитале, но по лицам навещавших его друзей заметил: в полку произошло что-то неладное. С трудом поднимая голову, он все время спрашивал:

- Где же полковник? Почему ко мне не приходит Преображенский?

Комиссару отвечали:

- Полковник выполняет специальное задание.

Но Оганезова обмануть не так-то легко. Чувствовалось, что тревожится он все сильнее. Вероятно, этому способствовали и воспоминания. Когда-то Оганезов тяжело болел, и полковник Преображенский, чтобы спасти комиссара, улетел из полка, срочно привез необходимые лекарства. По существу, он спас жизнь Оганезову.

- хорошо знаю, - говорил комиссар, - наши летчики не возвращаются домой, не выполнив задания. Преображенский до конца будет верен долгу. Только где он? Не вернулся еще? Скажите же, где Преображенский?

Но кто мог ему ответить?

Минуло десять минут полета. Стрелок-радист Логинов передал радиограмму: "Иду курсом двести пятьдесят, на запад". И сразу же самолет попал в воздушную болтанку. Одновременно Преображенский почувствовал, что левый мотор перегревается, большой нагрузки явно не выдержит.