Барон Ливий Дорватас с дружиной следовал в авангарде войск. Он не был столь изыскан, чтобы таскать с собой поваров и служанок для утех. Он имел участок земли с деревенькой на границе с орками и часто вступал в приграничные сражения с мелкими бандами налетчиков. Его конная дружина состояла из тридцати воинов. Силы небольшие, но для разведки вполне достаточные. Он не спешил. На военном совете им сказали, что Вангорцы спят в своих лагерях и на реке их быть не должно.

«Недолжно, – подумал барон и ответил, – но вот же есть. Может это просто стража, что должна обвестить вангорские войска о неприятеле? Может». – Согласился он со своими мыслями.

– Тровбар! – позвал он капитана дружины. – Выдели двух парней пусть разведают, что там впереди. Не нравятся мне эти костры, слишком их много.

– Слушаюсь милорд – не слезая с коня отвесил поклон крепкий седоусый мужчина и отъехал от лорда.

Двое всадников тут же отделилась от основного отряда и направились к реке, а впереди был брод. Но вскоре они вернулись.

Капитан подъехал с мрачным выражение на лице. Милорд впереди стоят вангорцы. Брод где можно переправиться, пригорожен возами. З а ними пехота. Поставили вышки для стрелков. Какие будут приказания?

– Какие могут быть приказания Тровбар. Будем ждать подхода основных сил. Утром посмотрим сколько там войск у противника. Странно все это, – разглядывая берег произнес он. – Вангорцев тут не должно быть. А они есть. Кто сообщил им о начале наступления? Еще два дня назад разведка докладывала, что тут никого нет. Недооценили мы вангорцев. Что за войска противостоят нам разглядеть можно? Хорошо бы если это были дружины их лордов.

– Тяжелая и легкая пехота милорд. Грамотно расположились тут нам не пройти, может поищем другое место для переправы?

– А ты прав мой верный Тровбар, прикажи следовать на север, вверх по течению, поищем переправу там.

Отряд повернул коней и направился вдоль реки на север.

Я подоспел к пограничной реке в самый разгар сражения. Отряды имперских лордов спешились и начали штурм позиций, укрепившийся на высоком берегу вангорской пехоты. Лучники с двух сторон осыпали войска градом стрел, но у вангорцев была защита – повозки и корзины с песком, а у наступающих только броня и щиты.

«Зря они стрелы впустую тратят», – подумал я, разглядывая битву у переправы. Вода доходила в этом место воинам до пояса. Бурное течение мешало наступающим идти быстро. Нужно было прикрываться от стрел и держать строй. И как я понял, сначала имперцы предприняли атаку конным валом. но трупы коней и всадников торчащих из воды говорили мне, что эта атака закончилась для них неудачно. С наскока не взяли и принялись штурмовать пешим строем. Вполне логично. Впереди шли закованные в броню спешенные латные конники, выстроенные в три изломанные линии. За ними простая пехота, прикрытая щитам. А лучники Вангора стреляли в латников и не наносили им урон.

«Кто там такой тупой или очень хитрый, что приказал стрелять в неуязвимых для стрел латников? – зло подумал я и направился к лучникам.

– Прекратить огонь! – заревел я. – Кто командует лучниками?

Стрельба прекратилась. Вперед вышел невысокий горбоносый офицер.

– Вахмистр, тан Родгар, мессир к вашим услугам.

– Вахмистр, ты в стрелковом деле, что-либо понимаешь? – Спросил я, зло прищурившись и окидывая офицера оценивающим взглядом.

– Понимаю мессир, а что?

– А то, что ты или дурак или предатель. Выбирай, что тебе ближе?

– Позвольте, мессир. Какое право…

Я не дал ему договорить. Он не был тупым. Он был предателем.