Изменить размер шрифта - +
Трава – совсем свежая. Меган остановился и показал на север.

– Там горы, – сказал он, – ты можешь их увидеть.

Дюмарест забрался на большой валун, сощурился и на фоне фиолетового неба увидел вдалеке возвышение. Он посмотрел выше и увидел бледное сияние полумесяца луны. Вторая луна светила на востоке среди бледных звезд. Он повернулся, и низкое солнце на горизонте ослепило его. Солнце, луны и звезды смешивались в этом странном районе сумеречной зоны. Он стоял так довольно долго и смотрел. Художник позавидовал бы ему. Гат был странной планетой. Он поделился этой мыслью с Меганом, и тот пожал плечами.

– Это мир привидений, – сказал он, когда Дюмарест догнал его. – Там, наверху, рядом с горами, есть место, где мертвые воскресают и могут жить дальше.

Дюмарест посмотрел на него. Меган был серьезен.

– Я слышал об этом, – сказал Меган. – Когда я приземлился, я хотел расследовать это. Я так и сделал. Теперь, черт его возьми, я бы не хотел этого повторять.

– Звуки, – сказал Дюмарест, – шумы, фокусы акустики. Когда ты был последний раз напуган эхом?

– Это более того. – Меган больше не был грязным, но даже тем концентратам, которые он купил Дюмаресту, требовалось время, чтобы превратиться в плоть. Под его глазами на лице проступали темные круги. – Ты можешь все узнать сам.

– Сейчас?

– Не раньше, чем придет буря. Сейчас не те условия. Когда появятся нужные условия, ты кое-что услышишь.

– Небесную музыку? – Дюмарест улыбнулся – Так говорится в рекламе.

– Хотя бы в этом они правы, – коротко ответил Меган и пошел вниз по тропинке, прочь от гор.

 

Глава 4

 

Когда они возвращались в лагерь, на поле приземлился корабль. Из него вышли туристы, веселые, смеющиеся – еще одна разномастная группа: свита принца планеты Эмменед, который разрушал миры своими капризами и который будет разрушать еще, пока не будет остановлен убийцей; три монаха в капюшонах Вселенского Братства, два музыканта, художник, четыре поэта, менеджер. Все они путешествовали высшим классом. Некоторые из них двигались еще замедленно и замедленно говорили из-за тормозящего действия препаратов быстрого времени.

Трое путешествовали низшим классом: мужчина, ростом немного побольше мальчика, высохшая старуха, еще довольно бодрая, и юродивый.

Пошатываясь, он отошел от корабля, согнувшись под тяжестью ящика, по размеру не уступавшего ему. Он был слишком худ, глаза блестели, как угольки, на болезненно-бледном лице. На его груди из-под потрепанной рубашки выступали ребра. Остальная одежда под стать лохмотьям рубашки. Он скорее походил на неуклюжее пугало, чем на человека.

– Гат! – выкрикнул он и упал на высохшую землю поля, прижавшись щекой к почве. Ящик, который он с помощью ремня тащил на плечах, делал его похожим на огромного жука-монстра. – Гат!

Попутчики не обращали на него внимания. Туристы взглянули на него и не увидели ничего интересного. Все путешественники были не в себе. Оператор стоял в двери своего корабля и сплевывал, недовольный своими расходами.

– Гат! – снова выкрикнул мужчина. Он старался подняться, но тяжесть ящика придавливала его к земле. Он угрем выскользнул из-под него, стащил ремень с плеч и встал у ящика на колени. Он похлопывал его, тихо напевая что-то невнятное. Изо рта стекала слюна, подбородок был мокрым.

– Безумный, – сказал Меган уверенно. – Сумасшедший.

– Он попал в беду. – Дюмарест выглядел заинтересованным. Меган пожал плечами.

– Так он в беде? Но и мы тоже. Давай пойдем и посмотрим, не сможем ли мы подзаработать, предложив свои услуги туристам.

Быстрый переход