Вралось на удивление легко.

— Я не из-за нее. — Инга всхлипнула и наконец прикурила. — Просто вдруг подумалось, что, перестав быть Арчи Гудвином, ты меня разлюбишь.

Я сел рядом, обнял за плечи, отобрал сигарету, раздавил в пепельнице.

— Не знаю, — сказал я. — Но думаю, что, и перестав быть Арчи Гудвином, я все равно останусь темпераментным мужчиной. А ни один темпераментный мучина не способен остаться равнодушным к такой женщине.

— Правда? — Она снова всхлипнула.

— Правда, девочка моя. Все между нами останется по-прежнему. Лишь бы ты меня не разлюбила…

Она повернулась ко мне всем телом, взяла в ладони мое лицо:

— Я тебя всегда буду любить, Максима. До самой смерти!.. Давай спать! Просто спать… Рядом с тобой так покойно.

И мы стали просто спать. Правда, продолжалось такое спанье всего несколько минут, а потом… Утром я проснулся, едва Инга встала.

— Дрыхни еще! — сказала она. — Тебе лучше уйти попозже, когда хвосты укатят за мною.

Я приподнялся на локте и стал смотреть, как моя ревнивица причесывается. У Лили это было священнодействием и чудом. У Инги — тоже.

— Твои хвосты меня не увидят… Кстати, а как ты собираешься от них избавиться?

Она поправила прядку возле правого виска, скосила глаза в зеркало.

— Сяду в метро. Потом зайду в какой-нибудь универмаг побольше, хотя бы в «Гостинку», смешаюсь с толпой. Они меня наверняка потеряют.

— Тем не менее этого мало, — сказал я. — Мне надо быть уверенным в твоей безопасности. Я уже использовал на днях один способ. Придется покататься немножко на пригородном монорельсе.

И я рассказал, как ей следует поступить. А потом попросил повторить. Она повторила.

— Все правильно! Сколько времени тебе потребуется на хождения по универмагам?

Инга задумалась, прикидывая.

— Я закончу работу в семь. Думаю, к половине девятого уже буду чистой. Через полчаса доберусь до «Удельной». — Она снова принялась колдовать над своей прической.

А я напялил трусы и подсел к гейтсу. Вызвал справочную по транспорту, просмотрел расписание поездов Выборгского направления после двадцати одного часа.

— Слушай, нам подходит монорельс на девять двенадцать. Ты должна успеть. Пойдешь через мой вагон, на меня не обращай внимания. Кстати, я буду с бородой. Что бы ни случилось, мы незнакомы. Поняла?

— Поняла. — Инга принялась накладывать тени.

Я подошел сзади, поцеловал ее в затылок:

— Вот и молодца! — И отправился на кухню, исследовать содержимое холодильника.

Глава 47

Когда Инга уехала, я подождал минут десять, вышел из квартиры и знакомой дорогой перебрался в дальний подъезд. Мне по-прежнему везло — ни в лифтах, ни на лестницах я ни с кем не столкнулся.

Интересно, как долго может длиться подобное везение?.. И что произойдет, когда оно закончится?

Впрочем, думать об этом не стоило, стоило действовать по плану.

Я отыскал очередной гараж и арендовал очередную машину. Разумеется, «Забаву», только на сей раз с тонированными стеклами и цвета мокрого асфальта. Покатался с полчасика по городу. «Забава» вела себя по-человечески.

Оставшееся до вечера время я провел в Яниной квартире. Лишь однажды выбрался оттуда — подзаправиться хот-догами в ближайшей забегаловке. За день три раза просыпался телефон, но я к нему не подходил. Скорее всего, Яна злостно нарушала полученные инструкции, и поощрять ее не стоило.

После пяти меня вдруг охватило волнение.