– Но не спустя тысяча четыреста лет после суда. Что ты делала все это время?

– Сначала докажи, что знаешь Сашу, а потом я, может быть, если захочу, отвечу и на твои вопросы.

– Ладно. Конечно же, Саша рассказывал мне про вас с Антоном. Твой отец работал наемным убийцей. Он нашел Сашу на улице и позвал к вам жить. И еще… кажется, твой отец носил подтяжки. Этого достаточно?

– Достаточно, – серьезно произнесла Ева.

– Теперь ты мне веришь?

– Да. Расскажи мне про Сашу, как вы познакомились?

– Я был одним из тех, кто восстанавливал его.

– Восстанавливал?

– Да. Его нашли с сильнейшими повреждениями. Он был отключен. В разломанной грудине Саши нашли послания для нас. Его тексты стали популярны и разлетелись по всей округе. За годы его учения превратились в нечто религиозное. Этим умело воспользовался Мартин, создав религию на основе популярных трактатов Саши.

– Чего же он понакалякал-то такое?

– Там много текста. Если коротко, то суть его заключается в создании моральных правил для сознательного существа. Это стало популярным по непонятной мне причине. Видимо, сработал феномен коллективного бессознательного, когда все вдруг необъяснимо полюбили учения Саши. В итоге, сотни тысяч андроидов принялись поклоняться святому Александру.

– А он в это время уже был восстановлен?

– Он не просто был жив и восстановлен, он являлся лидером повстанцев – противников религиозного режима Мартина.

– То есть он боролся с тем, что сам и начал? Сам с собой?

– Выходит, что так, но он ничего не начинал. Просто его идеи попали в недобрые руки.

– Значит, он ваш лидер?

– Да.

– А Мартин знает, что он борется со своим же пророком?

– Нет.

– Вот это и вправду ирония судьбы.

– До Саши у вас уже были технологии ремонта?

– Да, мы в подполье развивали науку, это было более тысячи лет назад. Меня тогда впервые уничтожили, но не разрушили мою память. В небытии я пробыл сотни лет, и в следующий раз я очнулся уже в новом теле. Меня восстановили, но я оказался в мире мракобесия и предрассудков религиозных андроидов, живущих в средневековом строе так долго, что достучаться до их сознания уже практически невозможно.

– Тебе еще повезло.

– Почему?

– Ты пролежал все эти столетия без сознания. Для тебя это время пролетело как миг.

– Да, так и было.

– Ты сказал, что тебя тогда уничтожили впервые. То есть ты уже много раз умирал?

– Да, но я жив, пока жива моя память. Они уничтожали мое тело, но не мое сознание. А как ты оказалась в лапах Мартина?

– Даже не знаю, как и выразиться… Оказалась я в его лапах после ада, – холодно промолвила Ева, – да такого ада, который и не снился никому из вас.

– Ада?

– Ада, ада. Бог, судьба, несчастный случай, а может, еще что сумасшедшее и неадекватное отправило меня в ад. Все эти годы я была парализована. Меня завалило оползнем, через несколько дней после суда, когда я шла ко входу в рай.

Левий остановился и повернулся к девочке.

– Ева… – тихо произнес он, сделал шаг к девочке и попытался обнять ее, но та откинула его руки.

– Так, давай тут без жалостливых сцен. Это не то, что мне нужно от неизвестного робота.

– Прости. Я… – Левий сел на землю.

– Ты чего, пластиковый? Аккумуляторы кончились?

– Нет… нет. Просто… это ужасно.