— Кто? Михаил? — спросила она.

— Не знаю. Наверное. — Артур поднес телефон к уху.

— Не нужно, — остановила его Нина. — Потом сам позвонишь.

— Так ведь не отстанет.

— Отстанет. — Она взяла мобильник, выключила его. — Теперь отстанет. Скажешь, забыл включить.

— Ну и чего дальше? — Гордеев насмешливо смотрел на нее.

— Ждешь меня, я быстро затоварюсь, и заглянем на час-другой ко мне.

— К тебе — это куда?

— Не бойся, не в магазин. Я же не полная дура. — Нинка в предвкушении сжала пальцы обеих ладоней, хрустнула ими. — У меня тут неподалеку квартирка. Приобрела недавно. А вот кран потек. Не могу найти человека, кто б починил. Может, поможешь?

— Далеко отсюда?

— Десять минут. А заодно и покупку оценишь. — Она отошла на несколько шагов, предупредила: — Только не сбеги, обижусь, — села в «Фольксваген» и понеслась вдоль складских помещений.

Квартира была небольшая, двухкомнатная, обставленная небогато, но кокетливо, с претензией на красивую одинокую жизнь.

Артур прикрутил текший в ванной кран, по-хозяйски протер тряпкой запачканный кафель, крикнул:

— Готово!

— Спасибо, — откликнулась с кухни Нина. — Сейчас перекусим.

— Пошустрее.

— Мигом!

Артур сделал музцентр погромче, принялся подпевать исполнителю:

Танцуя, стал рассматривать снимки в рамочках. Вот Нинка с каким-то мужичком, потом еще с каким-то, потом с кучей подружек.

Нинка, в ярком, повязанном вокруг талии фартуке вынесла из кухни поднос с бутылкой шампанского, сырной и мясной нарезкой и фруктами и в удивлении замерла, наблюдая за пританцовывающим Артуром:

— Слышь, чумовой, тебе на сцену нужно, а не у Савостиных хвосты подбирать.

— Не зовут!.. А так готов. Пусть только свистнут!

— И голосишь не слабо. Где научился?

— На зоне.

— В тюрьме, что ли? А как туда тебя занесло?

— С художественной самодеятельностью. Выступали перед зэками.

— Интересный жизненный момент.

Нинка поставила поднос на стол, принялась раскладывать еду по тарелкам. Артур остановился, молча наблюдая, как она по-кошачьи вытягивалась, выгибалась, подчеркивала каждое движение тайной и ожиданием.

Сняла фартук, повернулась к гостю, растянула в улыбке губы.

— Все. Можем приступать.

— Сантехник выполнил работу, сантехника положено угостить, да?

— Все по правилам, дорогой.

Артур пододвинулся к столу, Нинка вдруг остановила его.

— Момент! — взяла бутылку, протянула Гордееву. — Шампанское должен открывать только мужчина. Женщину это унижает.

— А мужчину поднимает, — хмыкнул Артур, повертел бутылку. — Может, в следующий раз?

— Почему?

— Оба за рулем. Менты тормознут, потом объясняйся.

— Значит, так… Во-первых, насчет ментов не беспокойся, у меня все схвачено. А во-вторых, по граммулечке. В честь визита и новоселья.

Артур помолчал, неуверенно спросил:

— Может, все-таки звякнуть?

— Кому?

— Михаилу. Чтоб потом не объясняться.

— Мужики, мать вашу с базара! — Нинка резко взяла из его рук бутылку, натренированно содрала фольгу, покрутила пробку, аккуратно выпустила воздух из горлышка, разлила шампанское по фужерам.