Он проходил по этому переулку.

Этих каменных плит касались ступни Спасителя.

Джордж опустился на колени, прикоснулся к плитам.

Потом и кровью Спасителя орошена эта дорога. Ему показалось, что ещё можно ощутить эти следы.

Райан закончил обход лагеря и теперь стоял напротив жилища шефа. Из окон переговорной комнаты просачивался слабый свет, но ничего не было слышно. Охранные посты у четырнадцатого ареала как раз сменялись: возможно, эта ночь станет последней, когда находку ещё нужно будет охранять. Всё было спокойно.

Он медленно повернул голову во все стороны, медленно втянул воздух раздувшимися ноздрями. Была у него такая привычка принюхиваться, когда что-нибудь его занимало. Когда инстинкт подсказывал ему, что не всё в порядке.

Он мысленно прокрутил все события дня, ещё раз обдумал всё, что видел и слышал и что ему сказали, и тут ощутил абсолютно точно, в каком месте сидит заноза.

Он резко повернулся и по-кошачьи крадущейся походкой направился к дому напротив, где располагался административный центр всего предприятия. Там работали круглые сутки, а дверь всегда была заперта. Конечно, у Райана был свой ключ, и связка ключей в его руках никогда не гремела.

Этот мобильный дом был обставлен настолько же по-спартански целесообразно, насколько другие – комфортабельно. Тут стояли только столы и стулья, шкафы с папками, компьютеры, оборудование для видеоконференций, спутниковые телефоны, вообще огромное количество телефонов. Райан кивнул мужчине, который сидел за пультом телевизионного монитора: перед ним было переговорное устройство и лежала амбарная книга, в которую он то и дело что-то записывал. В дальнем углу у экрана сидела женщина, отслеживая биржевые курсы и тихо отдавая команды в микрофон, закреплённый на дуге у самых губ. Она была целиком сосредоточена и проигнорировала Райана, возможно, даже не заметила его появления.

Райан снял с полки папку и подсел к столу, на котором стоял телефон. Аппарат был серый, что по их внутренней цветовой кодировке означало, что он связан с местной телефонной сетью страны, в которой они работали. Он раскрыл папку, нашёл лист со списком вольнонаёмных рабочих и повёл пальцем вниз по столбику имён. Добравшись до имени Юдифь Менец, палец пополз вправо – до графы, в которой значился её телефонный номер.

Он подвинул к себе телефон и набрал этот номер. Послышались долгие гудки, потом трубку сняли. Отозвался голос немолодой женщины, тихий и невнятный, и он не понял, что она сказала.

– Госпожа Менец? – удостоверился он.

– Ken, – ответила она. Райан не владел ивритом, но уже знал, что это означает да.

– Вы говорите по-английски? – спросил он как можно медленнее и отчётливее.

Короткая пауза.

– Да, – последовало затем. – Немного.

Впечатление было такое, что очень уж немного.

– Могу я поговорить с вашей дочерью Юдифью? – спросил Райан.

Ей снова потребовалось время, чтобы сообразить.

– Нет, к сожалению. Она… не здесь.

– А вы знаете, где она?

– Она работает. У одной … раскопки.

– Разве она не собиралась вечером приехать к вам?

Долгая пауза. Потом:

– Извините?..

– Сегодня вечером, – повторил Райан ещё раз как можно медленнее, – Юдифь собиралась к вам в гости. Мне так сказали.

– Юдифь? Нет. Она не здесь. Она работает.

– Она не приедет сегодня?

– Нет.

Собственно, этого было достаточно. Юдифь Менец сказала, что они приглашены со Стивеном Фоксом к её матери, но мать, как выяснилось, ничего об этом не знает.