– Я предупредил! – рявкнуло чудовище, заметив четвертого парня, до того прятавшегося за вешалками. – Еще шаг, и она труп.

Когти на шее сжались, прокалывая кожу. Я ойкнула от боли и зажмурилась что было силы.

Повисшая внезапно тишина через мгновение сменилась криками.

– Видящая! – завопил кто то. – Фас, Рой!

Рывок, и когти соскальзывают, оставляя на шее болезненные следы. Сразу же откуда то сбоку обрушивается очередной удар, который едва ли не выносит душу из тела. Мой визг высокой нотой вклинивается в какофонию. Толчок – я падаю, невольно открывая глаза, успевая увидеть, как надо мной пролетает мохнатое нечто. Вытянутые вперед руки принимают удар на себя. Тупая боль пронзает тело от ладоней до груди, выбивая воздух.

Пока я пытаюсь вдохнуть, еще три зверя, обернувшись темными точками, мчат в одном направление. Туда, где мгновение назад стоял монстр.

– Закрой глаза, видящая! – орут рядом. – Живо! Или уйдет!!!

Я не понимаю, действую по наитию, закрывая ноющими ладонями глаза. Сворачиваюсь зародышем, подтягивая к животу колени, большего всего на свете желая стать маленькой и незаметной. Исчезнуть, растаять в воздухе. И вдруг сквозь шум слышу знакомое воинственное: «Кьяк – кьяк! Кьяк – кьяк!»

А потом на бок приземляется тяжелое тело, даже сквозь свитер, царапая когтями кожу. Но, несмотря на новые болезненные ощущения, мне тут же становится легче. Я улыбаюсь и, наконец, могу нормально дышать.

Веден вернулся, он защитит меня от монстра.

Сколько я лежала на полу, наверное, никогда не сумею вспомнить. Казалось, тогда время замедлилось, растянулось жвачкой, превратилось в кисель. Неумолкаемый шум, вскрики, рычание, скрежет и лай оглушали. Если бы руки не закрывали глаза, я прижала их к ушам. Вот только интуиция шептала – нельзя.

Звуки исчезли резко, как будто кто то выключил громкость на телевизоре. Я подумала, что оглохла. Испугалась, закричала и, не выдержав, убрала руки от лица.

– Чшш, не кричи. – Первым, что я увидела, была чужая ладонь. Широкая, даже на вид жесткая и шершавая. С красной полосой шрама, начинавшейся в промежутке между указательным и средним пальцами, уходившей к запястью.

Невольно засмотревшись на след недавнего ранения, я даже перестала орать. А потом несмело перевела взгляд выше. Широкоплечий парень мощный и лысый. Один из тех, кто пришел за монстром, теперь сидел возле меня на корточках и протягивал руку. Недалеко разлеглась здоровенная овчарка. Больше никого в пределах видимости не было.

– Упокоилась? – Голос у него оказался под стать внешнему виду рокочущий и грубый. – Поднимайся.

Я осторожно вложила свою ладонь в его и тут же стрелой была вздернута на ноги. Веден успел взлететь чуть раньше, а потом приземлился точно на плечо. Поморщившись из за неприятных ощущений, я подала руку, куда птица без сопротивления перебралась.

– Стоять можешь? – поинтересовался незнакомец.

– Могу, наверное, – ответила, робея под пристальным взглядом голубых, будто прозрачных глаз. Парень возвышался надо мной на добрых две головы, хотя я никогда не считала себя коротышкой.

– Понятно. Раны есть?

Пожала плечами, все еще туговато соображая.

– Ясно, – тем же тоном подытожил он и бесцеремонно отогнул ворот моего свитера, обнажая шею.

– Эй, что ты делаешь? – запоздало возмутилась я.

– Осматриваю тебя. Сама ты этого сделать не можешь. А теперь ссади ведена и присядь сама.

Он откуда то из за спины вытащил стул, принуждая сесть. Птица не препятствовала, наоборот, без просьбы слетела на спинку.

– Сейчас тебя Игла подлатает немного. Долечит уже в гнезде.

Пока я недоуменно хлопала глазами, появилось еще одно действующее лицо, вернее, одно лицо и одна морда.