– Ну-ка, сядь на скамейку! – приказал Кочет, а сам стал расхаживать мимо меня, заложил руки за спину, сразу став похожим на нашего преподавателя по родной речи, который вел занятия в приютской школе. – Об антимагии нам известно очень мало, и поэтому я не буду уделять много времени теории. Итак, антимагия воспринимается среди чародеев как некий атрибут отрицания магических проявлений между собой. Если силы Стихии взаимодействуют с собой на основе принципов изначальной энергии планеты, то антимаг призван разрушать все связи между ними. Ну, как призван? Он не виноват, что приводит к разрушению основы чародейских плетений, заготовок магоформ и других вещей, дающих магу преимущество. Что такое разрушение? Если выражаться научным мирским языком, придуманным физиками, то происходит полная аннигиляция: взаимное уничтожение магической и антимагической энергии. Поэтому твоя аура должна быть абсолютно белой. В старинных книгах людей, подобных тебе, называли «священниками» или «жрецами», в зависимости от того, кому служит Разрушитель. Для своих ты «священник», для чужаков – «жрец». Это тебе понятно?

– Да, – кивнул я, внимательно слушая неторопливую лекцию Кочета.

– Как думаешь, есть ли разница между мною и тобой? – вдруг спросил учитель.

– Ну… Не знаю, – я почесал затылок, усиливая мыслительную деятельность. – А я могу пассировать руками, чтобы создать форму защиты?

– Конечно, – подтвердил Кочет.

– Тогда принципиальной разницы нет, – с умным видом заявил я. – Я создаю магоформу общего разрушения, а противник – магоформу уничтожения любого тела. Наложение этих форм приводит к аннигиляции магического воздействия.

Очень уж мне понравилось заумное словечко «аннигиляция»!

– С этим разобрались, – учитель усмехнулся. – Теперь ты знаешь, какое оружие находится в твоих руках. Для антимага так же важны атрибуты помощи, как и для нас, магов. Мы используем амулеты из камней, костей и металла, напитанные энергией. Такие же вещи должны быть и у тебя. Дело в том, что в нашем мире существуют чародеи, чьи силы превосходят твои возможности. Но это говорит лишь о том, что ты существенно можешь снизить урон, наносимый сильным магом. И помогут тебе личные атрибуты: кольца, перстни, амулеты. Хорошо гасит магоформы лед и его жидкое состояние – вода. Можешь использовать малахит или белый нефрит. Из металлов поможет серебро.

Я слушал внимательно, затаив дыхание. Кочет знал гораздо больше, чем Мирон Афанасьевич, и говорил с удовольствием, словно вспомнив интересную историю, читанную в детстве.

– Скажу откровенно: я не уверен в том, что сейчас тебе говорю, – учитель остановился передо мной. – По антимагии очень мало знаний. Манускрипты, написанные двести-триста лет назад, достать очень трудно, даже невозможно. А новейшие исследования по этой тематике сталкиваются с неразрешимыми проблемами. В действительности никто не знает, из чего черпает свою энергию антимаг, ведь он не связан с потусторонним миром, его аурное поле может быть как отрицательным, так и положительным. Есть версия, что Солнце помогает насыщать контур тела необходимой силой. Тогда антимаг по логике должен слабеть ночью, но этого не происходит. Почему? Опять вопрос.

Кочет развел руками.

– А как быть с некромантией? – задал я волнующий меня вопрос.

– А что некромантия? – насторожился учитель. – Ты уже сталкивался с ее проявлением? Где? Когда?

– Недавно, – я решил признаться, потому что Дима-кощун меня изрядно напугал. А как противостоять мертвой магии, я вообще не знал. Погибать от дурости одного болвана не хотелось.