— Я знаю, — кивнул граф, продолжая потягивать коньяк. — Но на этой стадии игры мы не можем доверять никому даже из своего собственного правительства! А потому считаю, что именно Джошуа остается нашей последней надеждой. Не беспокойтесь: ему можно полностью доверять. Я за него ручаюсь!

— Надеюсь, вы не собираетесь рассказывать ему о своих связях с министерством иностранных дел? Я бы не советовал вам этого делать!

Хамблтон кивнул:

— Вы правы. Тем более что его друг Теодор Рузвельт, несомненно, уже поведал Джошуа обо всем, что тому, по мнению президента, надлежит знать. Но нам необходимо найти своего человека, которому вы бы всецело доверяли и который служил бы посредником в переговорах. У вас есть такой человек?

На лице Лэнсдауна появилась улыбка Чеширского кота.

— Есть. Его зовут Майкл Джеймисон — третий сын графа Линдена. Это молодой человек, успевший уже проявить немалые способности, в том числе в дипломатии. В свое время его дедушка сделал прекрасную карьеру, после чего и получил графский титул. А поскольку его матушка была американкой, то не сомневаюсь, что внук унаследовал также и некоторые ее черты.

— Имейте в виду, что вашему молодому человеку не пришлось бы ехать в Англию, если бы президент Рузвельт не убедил Джошуа совершить такой вояж, взывая к его патриотизму.

— К тому же у вас тоже были причины привлечь к этому делу собственного племянника, не так ли?

— Были. И я убежден в успехе, даже если лишь половина написанного здесь окажется правдой!

Он выразительно посмотрел на Лэнсдауна и похлопал ладонью по толстой папке с какими-то документами, которую все это время держал в руках…

«Типичный англичанин — бледный, с волосами песочного цвета и очень узкими, почти не шире лица, плечами», — думал он. К тому же молодой человек был предельно неразговорчив и каждый раз вздрагивал, когда Джошуа обращался к нему с каким-нибудь вопросом. Вместе с тем будущий наследник графа отметил про себя, что Эдмунд извинился перед ним за то, что не встретил его у сходней парохода. Это понравилось Джошуа. Он простил Эдмунда, но решил не докучать юноше вопросами и вообще избавить его от всяких общих разговоров.

Городской дом Хамблтонов был одним из множества высоких и безликих строений с небольшими палисадниками, выстроившихся в длинный скучный ряд вдоль широкой улицы. Поскольку семья Кантреллов прожила здесь более ста лет, то нежно любила дом и даже не допускала мысли о возможной его продаже. Джошуа редко бывал здесь, поскольку постоянно ездил по стране и за ее пределами. Но на него производили большое впечатление чуть ли не ежедневные визиты туда торговцев скотом и банкиров. При этом ему казалось, что вся эта публика мало интересовалась самим графом, а лишь вела с ним дела. К тому же хозяин дома львиную долю своего времени проводил на охоте. Джошуа даже удивляло, когда он успевал вести переговоры и заключать какие-то сделки…

Экипаж подкатил к парадному крыльцу. Джошуа сам распахнул дверцу и спрыгнул на землю. Мажордом открыл перед гостем входную дверь, и тот прошел» в холл. Техасец остановился и огляделся по сторонам.

Итак, он снова в родительском доме, где на следующее утро должен встретиться с неким Майклом Джеймисоном. И тот сообщит ему детали дальнейших действий. Этот Джеймисон работает на министерство иностранных дел и познакомит его с конкретным планом организации заговора с целью убийства японского министра. По словам Рузвельта, главной задачей Джошуа должно стать вовлечение в заговор племянника короля Эдуарда. Причем сделать это предлагалось через русскую любовницу племянника…

Мажордома звали Нэш. Он принял у Джошуа шляпу и пальто. Кантрелл поправил пиджак и еще раз обвел взглядом холл.