— Неважно, оставайся на месте. Через четверть часа я буду у вас в номере. Еле отыскал, где же вы поселились. Уж никак не мог предположить, что в самом шикарном отеле Фалмута. Жди, до встречи.

Сигнал отбоя окончательно меня разбудил. Какой кошмар, что же спать-то так хочется? Вроде вчера ограничились по одной рюмашке, точнее, по одному бутыльку. Хорошо, хоть кофе горячий — ночью забыли выключить кофеварку.

Пока я принимал утренний туалет, из своей спальни показался старпом. Углядев горячий кофе, повеселел, нацедил себе кружечку, в два глотка ее влил в себя, налил еще одну:

— Ты что, целый день там собираешься плескаться? — обратился он ко мне с добрым утром.

— Вежливые люди, вообще-то здороваются, — заметил я, открывая дверь. — И вообще, поторопитесь, сир. Сейчас приедет мой кореш Стюарт, мы давным-давно не виделись. Представлю тебя.

К приезду Стюарта мы уже были в приличной форме. Досадовало лишь то, что завтрак мы, скорее всего, пропустили самым безобразным образом.

Радость от встречи — это, конечно, хорошо. Но еще лучше оказалось то, что мы совсем не изменились после тех прошлогодних событий. Нет, безусловно, мы поправили свое здоровье, стали вновь выглядеть цивилизованно и безвредно. Просто, как и тогда, не возникало некоторого чувства неловкости, свойственной иногда людям при встрече после разлуки. Мы могли разговаривать долго и совсем свободно, не морщась в поисках тем.

Я представил деликатно помалкивающего Сашу, посетовал между делом, что еще не успели позавтракать. На что Стюарт отреагировал мгновенно:

— Сейчас организуем все в лучшем виде.

Взял телефон и заказал принести в номер традиционный английский завтрак на двоих.

— Это же отель экстра-класса. Все включено, не боись. А потом поедем в порт. Надо вам агентам представиться.

Не прошло и пятнадцати минут, как к нам вежливо постучались. Вошел сам и вкатил тележку очень маленький человек. Лысый до макушки, зато с гривой кучерявых волос до плеч сзади. Сутулый и длиннорукий, он нам дежурно улыбнулся и представил завтрак, лежащий под блестящими нержавеющими колпаками:

— Традиционный английский завтрак, джентльмены. На двоих. На двоих? — удивился он, пересчитав всех нас справа налево и наоборот.

— Все в порядке. Один из нас уже успел позавтракать, — сказал Стюарт и пошел к телевизору. — У вас тут кабельное должно быть.

— Какой сок желаете? — спросил нас карлик.

— Апельсиновый, — хором ответили мы.

— Приятного аппетита! — душевно пожелал он нам, выложил блюда, наполнил стаканы, убрал свои блестящие колпаки и вышел за дверь. Я сразу представил себе, как он садится на свою маленькую тележку верхом, берет в руки крышки своих кастрюль и лихо гонит по коридорам в направлении кухни, ударяя на поворотах ими друг о друга, на манер литавров. Даже прислушался. Но ни посвиста удалого молодецкого, ни звона металла не услышал. Значит, он воспитан по-другому, по-аглицки.

Итак, что же такое интересное нам принесли, подумали мы и уставились на еду. Стюарт у телевизора хмыкнул. Тогда я еще не подозревал, что мне придется из утра в утро в течение нескольких месяцев отдавать дань английской традиции, ковыряя вилкой в двуглазой яичнице, жареных шампиньонах и сомнительного цвета колбасках, которые по своей форме напоминали то, что в былые времена доказывало всем советским людям существование еще допедигрипалловых собак. Впрочем, вкус сравнивать не берусь — пробовал только эти пресловутые английские сардельки, но, наверно, отличий должно быть маловато. Радовало лишь то, что сок оказался чрезвычайно похож на натуральный.

— Ну и гадость эта Ваша заливная рыба, — сказал мне Саша приглушенно.