Ночью ему приснился сон. Очень странный: как будто он был на пиру. Он сидел по правую руку от Валтасара, правителя всемогущего Вавилона. Валтасар пил вино, не останавливаясь, почти ничего не ел. К Максу постоянно подходил человек со странной закрученной бородой и все время спрашивал:

— Господин, какое вино вы будете?

— А какое у вас подают сегодня? — спрашивал Макс.

— Алое — халдейское и темное — шумерское.

Макс растерялся и не знал, что ему выбрать.

— Давайте темное, — почему-то сказал Макс.

Ему налили полный бокал почти черного цвета жидкости.

— Жители Вавилона, на угрозу неразумных варваров я, Великий Царь Валтасар, могу ответить только презрением: наши стены крепки, а армия непобедима, да будет так во все времена.

— Да будет так, Великий Царь, — прокричали тысячи слуг.

Макс опрокинул свою чашу и тут же почувствовал, как сознание растворяется. Страх исчез. Макс машинально нащупал рукоятку меча у себя на поясе.

— Слава Великому Господину!

Макс тоже кричал что-то, но почему-то себя не слышал. Он кричал все сильнее, но голос куда-то пропадал.

— Наш противник настолько смехотворен, что мы можем не замечать его присутствия. Как неразумные варвары могут отвлекать Царя Царей от его земных радостей?

— Да здравствует Вавилон!

— Слава Великому Валтасару! — и тысячи слуг в припадке вакхического раболепия обнажили свои мечи.

В этот момент в зале появился окровавленный вавилонский воин, который упал перед Валтасаром, успев сказать только одно:

— О Великий, твой Вавилон пал.

В этот же момент двери в тронный зал распахнулись, и тысячи персов в желтых одеждах с кривыми мечами бросились на Валтасара.

— Вот он! — закричали персы. — Убейте его!

Макс почувствовал опасность всем телом, выхватил меч и бросился защищать Царя. Персы сметали пьяных вавилонских воинов. И вот очередь дошла до Макса. Две сотни персов мгновенно окружили их. Первый меч поразил Валтасара, второй вонзили Максу в сердце. И вдруг все исчезло, и он услышал голос в абсолютной тишине:

Макс проснулся резко, дневной свет больно резанул по глазам, сердце стучало так, как будто вот-вот собиралось выпрыгнуть. Пульс был такой, что Макс еле дышал. Он с трудом вспомнил, где находится. Сон напугал его своей реалистичностью. Он никак не мог прийти в себя, физически чувствуя боль от меча. Но еще ужаснее были эти стихи: откуда он их знает, или ему приснилось, что он их знает?

Макс побежал в ванную и облил себя холодной водой. Он ничего не чувствовал. Мозг не приходил в реальность, картинка с Валтасаром как будто застряла в его сознании, а стихи довершали картину полного провала во времени.

— Да нет, так не бывает, неужели я схожу с ума? Во что я погрузился? Ищу какие-то тайны. Потерял нить с реальностью, озлобился на женщин, не знаю, что с отцом. Я совсем выжил из ума. Мама, спаси меня, мама.

В номере зазвонил телефон. Макс обрадовался как никогда и схватил трубку.

— Как ты спал, сынок?

— Мама, господи, это ты. Как хорошо, что ты позвонила.

— Что случилось?

— Лучше не спрашивай, я не спал, я был в аду.

— Макси, ты меня пугаешь.

— Эти тайны сведут меня в сумасшедший дом, я всю ночь видел пиры Валтасара, и меня проткнули мечом.

— Сынок, но это всего лишь сон.

— Мама, если мне и сегодня приснится такой сон, я…

— Ну что ты, мальчик мой, ты просто слишком переживаешь за своего отца.