- Ты серьёзно?! Да ты практически устроила публичную оргию с Борисычем! – заорала Соня. – Умница, конечно! На людях - оно веселее, приятнее. Но надо было и о Витеньке подумать! Он же теперь повесится!

- Я не устраивала оргию!

- А это что?!

Бабуля, поднятая с постели в половине третьего ночи, рассматривала фото на смартфоне не менее ошарашенно, чем я. Несмотря на критическую ситуацию, я успела машинально отметить, что мой чёрный кружевной пеньюар, который бабуля выклянчила у меня летом, очень хорошо на ней сидит.

Удивительно, что и этой мысли нашлось место в голове, секунду назад разбитой о кирпичную стену.

- Кошмар, - простонала бабуля. – Вот же засада! Лучше бы Витя прислал тридцать фоток своего инструмента. Тогда бы мы просто от души порадовались – за него, за себя. А так… Да проще сразу застрелиться, и никаких проблем! Пойдём.

- Куда? - всхлипнула я. По щекам катились слёзы.

- На кухню. Там ножи. Сделаем харакири. Чего мучиться?

- Ты же сказала – застрелиться?

- Какая тебе разница? Теперь уже всё равно.

О'кэй. У меня будет потрясающий труп, проймёт даже самого невозмутимого патологоанатома – череп вдребезги (кирпичная стена), живот вспорот (харакири), в груди – пятнадцать огнестрельных ранений (все смертельные). Вот что бывает, когда у тебя вдруг жестоко, без предупреждения отбирают самое драгоценное – любовь.

На кухне вместо самурайских мечей, используемых для ритуального самоубийства, Соня достала бутылку вина и бокалы.

- Вино не поможет, - я в отчаянии помотала головой.

- А больше ничего не осталось. А, ещё есть виски. Будешь?

- Нет. Мне утром на работу.

- И ты ещё собираешься на работу? – изумилась бабуля.

- Да, пойду, - упрямо пробормотала я сквозь пелену слёз. – Вчера целый день пропустила.

- Да ты рыдать будешь до утра!

- А утром пойду на работу. Бабуля, что делать? Я звонила, он не берёт трубку.

- Вот и хорошо, что не берёт! Что ты ему скажешь? Будешь жалко оправдываться, что тебя подставили, а на самом деле ты хорошая девочка? Ты хорошая девочка. Самая лучшая. Но доказывать это бесполезно.

Бабуля права. Если дозвонюсь – буду извиняться, захлёбываться торопливыми объяснениями, понимая, что поверить в мои слова невероятно трудно… У Виктора перед глазами те же самые фото, что и у меня. Возможно, у него их даже больше. Если судить по этим фотографиям, я самая настоящая шлюха…

Как и его бывшая. Повезло же парню - из огня да в полымя…

Соня налила себе второй бокал вина. Она выглядела такой же несчастной, как и я.

- Какая же гадина так тебя подставила?

Я сидела у стола, обхватив себя руками, и раскачивалась из стороны в сторону. Бабуля закурила новую сигарету, снова взяла мой телефон, полистала фото и душераздирающе вздохнула.

- А если Витя сам всё это и организовал? – жалко всхлипнула я.

- Что организовал? – испугалась бабуля. - Приставил к тебе соглядатая? Какой кошмар! Нет, не может быть… Витя не такой. Он же славный мальчуган, он добрый, благородный. С детками возится. Я так его люблю. Нет, нет, не хочу даже и мысли такой допускать… Бли-и-и-ин! Думаешь, он нанял частного детектива?!

Нет, я не хочу в это верить… Если заранее отказываешь в доверии, то зачем вообще начинать отношения? Шпионить, подсматривать – это отвратительно, даже если делается не напрямую, а через посредника…

Но откуда мне знать? Возможно, до этого момента я идеализировала Виктора. Так его любила, что была готова видеть только хорошее. Мы не живём вместе, общаемся на расстоянии - кто знает, может, я всё придумала, нарисовала волшебный образ?

- Будем надеяться, что гипотеза не верна, - заявила бабуля и налила себе третий бокал вина.