|
Руки стражей крепче впились в мою плоть. – Тихо! – в один голос воскликнули оба демона Прелестная музыка звучала громче и громче, как будто вздымающиеся все выше голоса сопрано и круто поднимающиеся вверх духовые призваны были заставить меня замолчать и воз-дать должное дьявольскому крещению. Начались крестины. С первой жертвы – древней старухи с костлявой согбенной спиной – сорвали лохмотья и окропили ее зачерпнутой из купели водой после чего повели к алтарной ог-раде. Некому было защитить это хрупкое создание, одинокое, лишенное друзей и родных, не знавшее заботы ангелов-хранителей! А потом мне пришлось увидеть обнаженных детей – их крошечные ножки и ягодицы, ко-стлявые плечики, те крошечные лоскутки кожи, откуда, казалось, когда-то на их спинках прорастали крылышки ангелов-покровителей; увидеть, как их окунали в купель и оставляли, дрожащих от ужаса, на помосте, установленном вдоль мраморной балюстрады. Все происходило молниеносно. – Окаянные твари! Нет, вы не призрачные дьяволы! – шептал я, пытаясь высвободиться из рук своих суровых охранников. – Вы трусливые прихлебатели, вы оба – соучастники этого зла! Музыка заглушила мои проклятия. «Милостивый Боже, пошли ко мне моих ангелов, – молил я в душе, – пошли моих гневных ангелов, ниспошли на дьяволов свой карающий меч. Господи, не дай этому случиться!» У алтарного ограждения уже выстроили в ряд всех обреченных жертв, обнаженных, трепе-тавших от страха, выделявшихся живым цветом человеческой плоти на фоне белоснежного мра-мора и мертвенно-бледных холодных лиц служителей Тьмы. Пламя свечей отблесками играло на гигантской каменной фигуре Люцифера с его громад-ными паутинообразными крыльями, распростертыми над всеми. Властелин Флориан спустился вниз, чтобы заняться первым причастником, и склонился, дабы испить его крови. Барабаны усилили дробь, неумолимую и благозвучную, а голоса переплетались и стреми-лись к небесам. Но здесь не было небес. Под сенью этих разветвляющихся белых колонн, под этими крестовыми сводами не было ничего, кроме смерти. Вся знать Двора в молчании двумя ручейками устремилась вдоль стен церкви, чтобы встать возле алтарного ограждения, где каждый мог выбрать жертву среди беспомощных и при-мирившихся со своей судьбой обреченных. Сначала делали выбор Властелин и его первая дама, а остальных господа делили между собой, и жертва могла переходить от одного к другому. Так оно и происходило, это издевательство, это отвратительное, хищническое причастие. Лишь Урсула не сдвинулась с места Причастившиеся умирали у всех на глазах. Некоторые уже были мертвы. Никто не падал на пол. Дьявольские приспешники весьма ловко подхватывали и быстро уносили прочь иссу-шенные, обмякшие тела. Новые жертвы подвергались омовению, затем их отводили к алтарному ограждению… И так до бесконечности… Властелин Флориан еще не утолил жажду: перед ним выстраивали все новых и новых мальчиков, его тонкие пальцы хватали каждого за тонкую шейку и не отпускали, пока он насы-щался. Интересно, думал я, какие молитвы он осмеливается произносить при этом? Постепенно придворные покидали алтарный придел и продвигались по проходам к цен-тральному нефу, чтобы снова застыть там в прежней позе. Они уже насытились. Под воздействием выпитой крови на мертвенно-бледных лицах заиграл румянец. В моем затуманенном воображении, в голове, звеневшей от неслыханных красот пения, возникла мысль, что, наверное, по крайней мере на некоторое время они снова превратились в людей, в человеческие создания. – Да, – подтвердил Флориан, и звук его голоса, модулированного и спокойного, через весь центральный неф достиг моих ушей. – С кровью живых людей мы на краткий миг воскресаем заново – это верно, юный принц. Твоя догадка верна. – Я никогда не прошу вам этого Властелин, – взволнованно прошептал я. |
