— Сэр?

Ройал пригласил Томаса войти.

— Хочешь выпить?

— Не откажусь.

— Наливай сам. Я чертовски устал. — Ройал указал ему на бутылку бренди.

— А спиртного надолго хватит? — Томас засмеялся, наполняя небольшой стакан.

— На несколько лет по крайней мере.

— Боюсь, я так и не разобрался, что происходит, хозяин.

— Меня это не удивляет. Хотя я надеюсь, что все прояснится.

— Шериф видел в салуне одного человека, которого считает нужным допросить. Но это не обещает многого. Посетители салунов не слишком интересуются тобой, если ты платишь и не создаешь проблем. Но дальше так продолжаться не может.

— Вот как? — удивился Ройал.

— Сегодня ночью все было сделано наспех, непродуманно. Дурацкое нападение. Теперь они уберутся отсюда.

— Или затаятся и будут наблюдать, проявляя большую осторожность.

Томас вздохнул и поставил на стол пустой стакан.

— Возможно, и так. Жаль, я хотел бы что-нибудь сообщить вам, хозяин.

— Ты сделал все, что мог, Томас. Иди поспи.

А утром попытайся во всем разобраться.

— Спасибо, хозяин. — Томас задержался в дверях. — Как Оро?

— Док сказал, что его жизнь вне опасности, а если проявит осмотрительность, то избежит хромоты.

— Я рад, Оро хороший человек. Доброй ночи, хозяин. Как только Томас ушел, Ройал снова погрузился в свои размышления. Его подозрения не подкреплены доказательствами. Как же привести все это в систему?

Осушив второй стакан бренди, Ройал решил отложить решение на завтра. Проверив дом и убедившись, что все заперто, он отправился спать.

По пути к себе Ройал тихо вошел в комнату, где лежал Оро. Патриция не спускала глаз с молодого мужа. Приблизившись к постели, Ройал внимательно посмотрел на зятя. Без бандитских принадлежностей Оро выглядел не таким суровым и очень молодым. Однако Ройал полагал, что прежние привычки глубоко укоренились в нем. Ничего удивительного, если вспомнить, какую жизнь он вел. Ройал был уверен, что в известном смысле Оро опытнее, чем он.

Ройал перевел взгляд на Патрицию и усмехнулся, поняв, что предполагал найти в ней изменения. Перед ним сидела молодая женщина, страдающая за мужа.

— Что ж, по крайней мере ты теперь никогда не забудешь своего праздника, — сказал Ройал.

— Какие ужасные слова! — возмутилась Патриция.

— Да, но у тебя такой потерянный вид. Я надеялся, что ты хоть немного посмеешься.

— Тебе это удалось. Я и в самом деле растерянна. Я была счастлива с Оро, думала, что это первая ночь в нашей долгой жизни, и вдруг все так ужасно переменилось. Будто Бог наказал меня за то, что я забыла о морали. Я заснула, — покраснев, продолжала Патриция, — ну а потом проснулась оттого, что Оро кричал мне, чтобы я легла, из ноги у него шла кровь, и повсюду свистели пули. Странно, что я не упала в обморок.

— Ты сильнее, чем тебе кажется, Патти.

— Наверное, ты прав. Кстати, мне стало плохо только после того, как все кончилось. А Антония соврала мне, — добавила Патриция с обидой. — Насчет чего?

— Да в тот день, в скалах. Я не промахнулась. И на самом деле убила того человека.

— Она оберегала твои чувства, — мягко пояснил Ройал.

— Я знаю.