Почувствовав, что Ройал близок к вершине блаженства, Антония села на него, и их тела соединились.

— В следующий раз я возьму инициативу в свои руки. — Ройал потянулся и погасил свет.

Прижавшись к нему, Антония пробормотала:

— Жизнь моя, но ведь не принято насиловать леди. Он обнял ее за плечи:

— А меняться местами — хорошая игра, любовь моя.

Ее сердце учащенно забилось, но Антония овладела собой. Нет, она не даст обмануть себя ласковым словам, которые срываются с губ удовлетворенного мужчины. Помимо всего, Ройал никогда, даже в пылу страсти, не называл ее Тони.

— Дай мне отдохнуть.

— Пожалуй, и я должен прийти в себя.

Тут Антония почувствовала, как шевельнулся ребенок, и испугалась. Ведь Ройал мог ощутить это, когда она прижималась к нему животом. Антония еще не была готова сообщить ему о ребенке.

— Антония…

— Что?

— Прости, но по-моему, ты пополнела.

— Да, немного, — тихо отозвалась она, желая, чтобы Ройал поскорее убрал руку с ее талии. — Поскольку я твоя содержанка…

— Не называй себя так.

Антония с облегчением вздохнула. Значит, он не почувствовал, как шевельнулся ребенок, и ее слова отвлекли его от опасной темы. Она знала, что у нее остается немного времени. Но если уж Ройал заметил, что у нее пополнела талия, то почему не обратил внимания на округлившийся живот?

— Ну а кто же я, дорогой?

— Моя любовница.

— Любовница, содержанка, какая разница?

— Может, мне только так кажется, но разница есть. Содержанка — это другое название продажной девки. Просто ей больше платят, чем девушке из салуна. Содержанка находится при женатом мужчине, состоящем в неудачном браке. Содержанка — это игрушка богатого мужчины, которой он пользуется, а потом бросает, когда устает от нее, или находит другую. А у нас с тобой нечто иное, Антония. Ты здесь вовсе не только для того, чтобы удовлетворять мою страсть, хотя, — он улыбнулся, — ты позволяешь мне делать и это. Но между нами что-то гораздо большее. Я прихожу к тебе в постель не для того, чтобы утолить желание, а потом тут же удрать к себе. Я даже не понимаю, почему у нас с тобой отдельные комнаты. Не потому же, что мы скрываем наши отношения! Я с самого начала не делал этого.

— А я думала, что ты хочешь жить в отдельной комнате.

— Я? Почему? Я не провожу там ни одного часа ночью и не притворяюсь, будто между нами ничего нет. Мне казалось, ты нуждаешься в отдельной комнате, чтобы уединяться там и предаваться хандре, как это было перед тем, как мы отправились перегонять скот.

Антония с вызовом посмотрела на него:

— Я вовсе не хандрила. Ты сам вел себя как дурак.

— Вот как? — Ройал поцеловал ее. — Это звучит довольно нелепо. Завтра же мы поселимся в одной комнате — твоей или моей.

Антония положила голову ему на грудь:

— В твоей. Там кровать больше.

— Ты хочешь, чтобы кровать была больше?

— Да. Засыпая, ты широко раскидываешься. Мне остается мало места.

— Почему бы тебе не потеснить меня?

— А ты не поддаешься. И ворчишь.

— Не думаю, что мне снова захочется выслушивать такое. Мы переберемся в большую кровать.

— Как угодно. А может, не стоит беспокоиться? Скоро, я думаю, противостояние закончится.

Ройал крепко прижал ее к себе: — Но ты сказала, что останешься.

— Да, если ты захочешь.