Оро взглянул на Ройала:

— Надо подождать.

— Чего ждать? — возмутился Ройал, хотя здравый смысл подсказывал ему, что это — единственно верная тактика.

— Когда Рауль начнет, его люди захотят поглазеть на это.

— Все? — Коул проверил оружие.

— Рауль раздевает своих жертв. — Оро указал на обнаженную Антонию.

— И ее раздели, — выдохнул Коул. — Бедное дитя!

— Если мы будем ждать слишком долго, она потеряет ребенка.

— Ребенок потерпит, Ройал. Беременность всего четыре месяца. Может, чуть больше. Она не сказала. — Оро взглянул на Ройала. — Я тоже беспокоюсь и не могу смотреть на это, но если мы сунемся слишком быстро, они оба пропадут, и мы вместе с ними. Мы окажем ей плохую услугу.

Он был прав. Они незаметно окружили Рауля и его людей. Ройал понял, что ожидание — это самая тяжкая вещь на свете.

Глава 23

Антония смирилась с судьбой, когда на заре ее вывели из хижины. Отрешенная, она покорно стояла, пока с нее срывали одежды, но все же дрогнула, когда ее начали привязывать к грубо отесанным бревнам на расстоянии нескольких футов от земли. Ее ноги раздвинули, привязав к лодыжкам веревки, прикрепленные к забитым в землю колышкам. Антония старалась не вспоминать о тех, кого Рауль казнил таким же способом.

— Что, уже Пасха? — пробормотала она.

— Твое богохульство не ко времени! — одернул ее Рауль.

— Это ты, Рауль, богохульствуешь, казня людей на таком эшафоте.

Пожав плечами, он вынул из пылающего костра железное клеймо для скота, проверил его и снова сунул в огонь. Антония знала, что Рауль поставит свое клеймо везде, кроме одной части тела. Рауль хотел, чтобы люди, обнаружившие его жертву, знали, кто сделал это. То был верный способ посеять страх, и Рауль широко им пользовался.

Антония не смотрела на медленно нагревающееся железное клеймо, однако слишком отчетливо представляла себе, как оно выглядит. Вот такие знаки и покроют всю ее кожу. Антонии свело живот, но она знала, что это будут последние мучения, причиненные ей Раулем, прежде чем придет смерть. Она взглянула на Рауля, проклиная себя за то, что не может скрыть страха.

Ройала передернуло, когда он увидел железное клеймо. При мысли о том, что раскаленный металл скоро коснется нежной кожи Антонии, он чуть не бросился на подонка. И только железная хватка побледневшего Коула не позволила ему кинуться к ней. Он видел, что Оро тоже едва сдерживается. Молодой человек побелел, его била нервная дрожь. И Ройал и Оро горько сожалели о том, что вовремя не позаботились о том, чтобы предотвратить эти мучения.

Рауль проверил лезвие ножа:

— Думаю, это продлится долго.

Моля Бога остановить ее сердце прежде, чем начнутся пытки, Антония плюнула в лицо Раулю.

В его глазах вспыхнула неистовая злоба, но он подавил ее. Девчонка хочет разозлить его, надеясь, что в бешенстве он убьет ее. Но Рауль не пошел на это.

— Если нож хорошо разогреть, он разрежет тело без большого кровотечения. — Рауль проверил остроту раскаленного лезвия на плече Антонии. — И не надейся, что спасешься, упав в обморок. Я приведу тебя в чувство и буду продолжать.

— Когда ты сдохнешь, а этого тебе не избежать, — холодно бросила она, стараясь не замечать боли от пореза, — Хуан будет ждать тебя в аду. — Антония усмехнулась, увидев, как побледнел Рауль. — С ним будут Хулио и Мануэль. А Мануэль в долгу перед тобой за Томаса.

Антония заметила, что Рауль опасается выказать страх перед своими людьми. Он вонзил нож во внутреннюю сторону ее руки. Это был неглубокий, но болезненный порез, и Антония стиснула зубы.