Любовь — забавная штука. Во власти ее чар вы можете оправдать кого угодно. Юки почти прощала Лоно то, как он зарабатывал на жизнь. Если бы не было спроса, тогда он не занимался бы столь постыдным занятием. Кто-то ведь должен взять на себя сей труд, не так ли? Кто станет защищать девушек?

Впрочем, наивной дурочкой она тоже не была. Юки понимала, что Лоно живет неправильно. Может, неправильно не с точки зрения морали, если судить в широком смысле, а сточки зрения закона. Он считался преступником.

Юки задумалась о том, что стоит попытаться изменить его. Попросить встать на честный путь, заняться чем-нибудь другим. Но сколько раз читала она в книгах и журналах, что не следует вступать с кем-либо в серьезные отношения в надежде на то, что удастся изменить партнера. Подобные иллюзии приведут лишь к мучительному разрыву. Если Юки и впрямь хочет строить дальнейшую жизнь с Лоно, ей придется принимать и любить его таким, какой он есть, а значит, всецело признавать его истинную, сутенерскую сущность.

Ее психолог-консультант по личностному росту, несомненно, неодобрительно отнесся бы к такому союзу. Он бы отмел напрочь все эти общепринятые причины, по которым подобные отношения терпят крах, назвал бы все это «симптомом самоуничижительного поведенческого цикла», который Юки должна преодолеть, если на самом деле желает духовно вырасти. Вероятно, он даже ударил бы ниже пояса и сказал ей, что это просто последствия плохой кармы. Пожалуй, он не поленился бы зазвонить в колокольчики и носиться вокруг нее с горящим пучком полыни, чтобы очистить от негативного влияния. Он даже наверняка посоветовал бы ей принять ванну с минеральной солью и свежим розмарином. Зажег бы белые свечи и начал бы монотонно читать мантры. В любом случае ясно одно: психолог-консультант не принял бы ее любви.

Но эта самая любовь — забавная штука. Впервые в жизни Юки и гроша ломаного не дала бы за прежнюю духовность. Она обрела смысл жизни, окончательный ответ на все загадки вселенной, и этот ответ находился прямо здесь, сладко посапывая у нее под боком.

Кит ужасно хотел пить, его иссушала сильная жажда. Голова кружилась от недосыпания и остаточного действия Н-ме-тил-3,4-метиленедиоксиамфетамина, все еще струившегося через его нервную систему. Он выскользнул из кровати, чувствуя, как мучительно загудели почки, и отправился совершать набег на внушительный бар, предусмотренный в каждом номере. Кит завозился с ключом, пытаясь открыть замок на холодильнике, но при этом не разбудить Чада. Он удивился, зачем они запирают мини-бар. Или наличие ключа придает владельцу больше важности?

Прохладный воздух, дохнувший из холодильника, приятно остудил горячие ноги. Кит пробежал глазами по веренице бутылок с пивом, содовой и тропическими соками и достал бутылку минеральной воды. С тихим треском открыл ее и осушил одним продолжительным глотком. Вода оказалась очень холодной, и зубы выбивали мелкую дробь, пока она проскальзывала в желудок. Зато сразу же стало легче. Кит вытащил вторую бутылку и стал уже медленно потягивать воду, наслаждаясь ее холодными прикосновениями.

Он развернулся и взглянул на Чада. В полумраке гостиничного номера Чад выглядел намного старше, чем ему показалось в наркотическом угаре вчерашней ночи. Хотя в принципе Кит не имел ничего против того, что ему подмешали в коктейль наркотик и он провел ночь с немолодым парнем. Не о чем было жалеть. В конце концов, он неплохо повеселился. Ему требовалась разрядка. Слежка и планирование убийства — весьма напряженное занятие, а секс замечательно помогает выпустить немного пара, не ставя под удар прикрытие.

За время службы в военно-морских силах Кит приобрел довольно хорошую переносимость всевозможных наркотиков. Среди них были проходящие клинические испытания амфетамины, которыми командир снабжал его, чтобы он мог не спать несколько дней подряд во время секретных операций, а также расслабляющие мышцы и снимающие страх препараты, чтобы помочь снять действие наркотиков после выполнения задания и возвращения на базу.