Изменить размер шрифта - +

— Где находится эта комната? — спросила ее Виола.

— По ту сторону двора, во флигеле, в конце коридора…

— Приготовьте для этой барышни другую комнату, рядом с моей, и подайте ужинать ко мне… Милое дитя мое, нам нельзя говорить свободно в этой зале… А нам так много надо передать друг другу… Пойдем ко мне…

Проходя мимо Жерара, Хильда тихо сказала ему:

— Останься здесь… Быть может, ты понадобишься мне…

Обе молодые женщины пришли в седьмой номер. После первых порывов восторга Виола Рени спросила Диану.

— Теперь, моя дорогая, объясни, каким образом ты попала в Париж, и одна?…

— Разве ты не замечаешь, что я в трауре? — ответила сирота. — Моя матушка умерла…

Хотя Виола это уже знала, но тем не менее выразила большое удивление и горе.

— Умерла! — воскликнула она, с участием пожимая руку подруге, и на глазах ее показались неподдельные слезы. — Умерла!

— Я потеряла ее два месяца тому назад… — вздохнула Диана. — И теперь я одна на всем свете.

— Одна? — прошептала Виола. — Нет, ты не одна, потому что я с тобой… Я твой вечный друг!

— Ты все такая же добрая, милая Хильда, — ответила Диана, — но я никого не хочу обременять своей нищетой.

— Твоей нищетой! Ты меня пугаешь! Ты, вероятно, преувеличиваешь, не правда ли? Ты вовсе не так бедна…

Диана вынула из кармана маленький кошелек и открыла его. В нем была лишь одна золотая и несколько серебряных монет.

— Вот все мое богатство, — сказала она, грустно улыбаясь.

— Но как же это случилось?

— Очень просто… Хотя моя мать и слыла за богатую, хотя мы ни в чем не нуждались… и жили в довольстве, но это продолжалось недолго, потом мать принуждена была делать долги… Когда она умерла, у нее уже ничего не было… дом взяли в счет долга и сказали мне, что я не имею права оставаться в нем далее…

— Бедное дитя!… Бедное! — шептала Виола, целуя руки сводной сестры.

— Я принуждена была его оставить, покинуть жилище, где я была так счастлива… — Диана опустила глаза, покраснела и продолжала, понизив голос: — Он не найдет меня более там, если вернется туда…

— Он! Кто же это такой? — спросила Виола. — Про кого ты говоришь?

— Про одного господина, опасно раненного на дуэли неподалеку от нашего сада незадолго до смерти матушки. Я ходила за ним, приняла его к себе в дом… может быть, он обязан мне жизнью…

— И ты любишь его?

— Я сама не знаю этого, Хильда, но боюсь, что это любовь. Я не могу забыть его… Я была уже счастлива, когда только смотрела на него, слышала его голос…

— Да, ты любишь его!… Это и есть любовь!… Знает ли он об этом и любит ли он тебя?

— Я надеюсь… Он был так взволнован, когда прощался со мной.

— Обещал ли он тебе возвратиться?

— Нет, но я была уверена, что он вернется… и знаю наверное, что он был там… И, увы! Он нашел дом пустым…

— Тебе бы надо было написать ему перед отъездом…

— Я не могла этого сделать. Я не знаю, где он живет…

— Ты сказала, это молодой человек? Как его имя?

— Его зовут маркиз де Салье…

Хильда не могла удержаться, чтобы не вскрикнуть от удивления.

— Ты его знаешь? — спросила Диана.

— Да, немного.

Быстрый переход