Изменить размер шрифта - +

– Обязательно ей передам.

Я молчала, боясь спросить и услышать ответ, но наконец не сдержалась:

– Что вы сделали?

– Мы взяли Нико под стражу, – рассказал Кристос. – Кое-кто из его дружков хотел с нами сцепиться, но Сайан довольно быстро их переубедил. Похоже, сторонников у Нико почти не осталось.

– Его арестовали?

– Конечно. Нико должен предстать перед судом. При всем том он ничего не отрицает. Говорит, мол, необходимо было избавить страну от влияния аристократишек и ведьм. – Кристос присел на край моей постели. – Необходимо. Ненавижу это проклятое слово. Оно означает совсем не то, что подразумевают такие, как Нико.

Я уставилась на картину с цветущим садом. Цвета словно перетекали друг в друга – это на глазах у меня выступили слезы.

– Я боялась, что вы сами привели приговор в исполнение. Что я проснусь и обнаружу, что в городе идет гражданская война. И все же… суд тоже может расколоть нас.

– Мы это переживем. Проведем процедуру надлежащим образом. Закон для всех един…

Кристос осекся, и я догадалась, о чем он подумал: именно это и сказал бы Теодор.

Я закрыла глаза.

– Хочу его убить.

– Если тебя утешит, то же самое он думает о тебе. Вот дерьмо! – выругался Кристос. – Прости, сейчас не время для шуток.

– Он уже говорил мне это, – вздохнула я.

– Должно быть, Нико хотел подкараулить вас вместе. Когда мы его задержали, при себе у него было несколько пистолетов. Нико тебе не доверял. Он убежден, что это ты подстроила избрание Теодора и специально пригласила монашек. Я… – Кристос запнулся и промокнул глаза. – Если бы он убил и тебя, я бы не пережил… Не знаю, что бы со мной было. Извини. У тебя время траура, а я пристаю со своими проблемами.

– Прежде мы не очень-то соблюдали старые традиции, – отозвалась я. – Некогда предаваться скорби, слишком многое предстоит сделать.

– Только не тебе. Ты никому ничего не должна. Это твое право.

Меня не волновали традиции, права или другие причины, по которым мне было необходимо запереться в гостевой комнате дома моего мертвого несостоявшегося мужа. Я знала одно – что не могу представить, как встаю, одеваюсь и выхожу на улицу в мир, где больше нет любимого. Я была еще не готова. Я перекроила всю свою жизнь, чтобы вписать в нее Теодора, распорола старые швы и впустила его туда, а теперь там осталось слишком много места. Моя жизнь больше не подходила мне, и я не знала, как снова встать на ноги.

Я долго молчала, и брат тоже не пытался заговорить.

– Кристос… – наконец позвала я.

– Что?

– Я не хочу больше здесь оставаться.

Он не задал ни одного вопроса.

– Я найду другое место.

– Попроси Алису побыть со мной. И, возможно, еще Эмми.

Кристос кивнул и оставил меня в тишине.

Когда на следующее утро я спустилась вниз, в гостиной сидела Алиса и вязала.

– Я приготовила чай, – просто сказала она, словно всю жизнь жила в этом особняке. – Твой брат пошел нанять носильщиков, чтобы помочь с переездом в новый дом.

– Так быстро?

Алиса встряхнула вязание, намотала его на клубок пряжи и проткнула спицами. Это оказался чулок.

– Он нашел реквизированный дом – милое место с окнами на реку. Идеально подходит для правителя. Там в ряд стоят три особняка, довольно близко к центру города, удобно добираться на службу.

– Тогда они понадобятся правителям…

– Ах да, ты же не знаешь… – Алиса помолчала.

Быстрый переход