Она не могла заставить себя двинуться.

«Но ты должна войти, Клео. Войти и показать ему место. А потом сразу сможешь уйти», — уговаривала она себя.

Клео отняла руку от лица. И шагнула вперед, в темноту, в запах. Дурной запах, дурное место.

Свет лился сквозь дыру в крыше и просачивался через трещины в стенах, лучи походили на лазерные, начинаясь тонкими стрелками, потом расширяясь и, наконец, тая, превращаясь в ничто.

«Нам здесь не место», — нашептывали, шаркая по полу, босоножки, пока Клео шагала к противоположной стене сарая, к месту, показать которое было необходимо Дэниэлу. Она миновала загон, прошла под дырой в крыше.

— Тут, — указала Клео, останавливаясь. — Ты должен копать тут. Вот на этом самом месте.

Взглянув на нее, Дэниэл кивнул. Потом отошел, и через минуту она услышала, что он ворошит хлам в углу сарая. Донеслось звяканье металла, и скоро Дэниэл вернулся с заржавевшей лопатой. Отступив, она наблюдала, как вонзилось в землю острие.

Ей пора уходить.

Но она не могла шевельнуться и осталась, где стояла, наблюдая за ним.

Дэниэл копал все глубже и глубже, по лицу его струился пот.

Странно, она и забыла, что тут так жарко. Теперь она заметила: да, жарко, но она даже не потела.

Ей следует уйти. Ей хочется уйти как можно скорее.

— Тыква, — убежденно проговорила она, вдруг поняв, что найдет Дэниэл.

«Уйди! Повернись и выйди из сарая. Это дурное место…»

Клео заметила: Дэниэл перестал копать. Он наклонился над ямой, пристально вглядываясь во что-то.

— Клео, тебе лучше уйти.

В точности ее мысли. Но она не могла. У нее словно ноги приросли к земле.

— Я не хочу, чтобы ты это видела.

Но было слишком поздно. Она уже увидела. Мысленно.

— Платье… — произнесла она. — Красное, в горошек… нет, в белый цветочек…

Внезапно Клео ощутила перемену. Что-то изменилось, что-то было не так. Она обернулась.

Позади нее, как обычно элегантный, стоял Бертон Кэмпбелл со свой безукоризненной улыбкой — «выберите меня мэром». В руке у него был пистолет.

26

Дэниэл услышал, как охнула Клео. Не выпуская из рук лопаты, он медленно выпрямился, поднял глаза от ямы и ее жуткого содержимого и, обернувшись, наткнулся взглядом на дуло пистолета.

— Бертон Кэмпбелл, — без всякого удивления проговорил он.

Несколько вариантов развития событий пронеслось в голове Дэниэла, но каждый из них он быстро отмел. Клео стояла слишком близко к Кэмпбеллу, он ничего не сможет предпринять. Если бы Дэниэл сумел незаметно сделать ей знак, чтобы она отошла…

— Не знаю, что ты уже натворил, — сдержанно начал Дэниэл, — но если сделаешь еще что-нибудь дурное, это только ухудшит твое положение.

Только не надо применять ко мне тактику переговоров для освобождения заложников. Уж кому-кому, а тебе должно быть известно — она не всегда срабатывает. Ведь это из-за тебя погибли мать и двое детей. Да еще сам преступник. Дэниэлу нечего было ответить на это.

— Джо мне рассказала эту историю. Она много чего мне рассказывает. Ты знаешь Джо. Для нее нет ничего слаще, чем стать первым звеном в цепочке сплетен.

В тех смертях действительно был виноват Дэниэл. Он ошибся в своих рассуждениях, не последовал в силу чертовой своей привычки предписанным правилам. Он и представить не мог, что похититель — всего-то напуганный подросток — спустит курок. Но Дэниэл ошибся. Он наседал на похитителя слишком стремительно, чересчур жестко.