Вы только не подумайте — я совсем не хочу проводить параллелей между директором зоопарка, у которого умирают звери, и министром транспорта, у которого падают самолеты. Между Людмилой Анокой и Игорем Левитиным нет ничего общего, это совершенно разные кадры.

Кстати, вы знаете откуда взялся лозунг «Кадры решают все»? Впервые его использовал, конечно, Сталин в одной своей речи, и, для того чтобы объяснить, зачем этот лозунг понадобился, он рассказал такую байку из своей жизни. Однажды в сибирской деревне, в которой Сталин отбывал ссылку, тридцать мужиков ушли на реку, а когда вернулись, их оказалось на одного меньше. Сталин спросил, где, мол, тридцатый. Мужики ответили: «А черт его знает, утонул, видимо», — и стали обсуждать, что надо бы успеть напоить кобылу. По словам Сталина, он упрекнул мужиков в том, что скотину они жалеют больше, чем человека. Мужики ответили: «Что ж нам жалеть их, людей-то? Людей мы завсегда сделать можем. А вот кобылу… попробуй-ка сделать кобылу».

Эта формула объясняет, почему за кенгуру в России увольняют, а за людей нет. «Что ж нам жалеть их, людей-то? Людей мы завсегда сделать можем. А вот кенгуру… попробуй-ка сделать кенгуру». Но я не понимаю, почему мы до сих пор живем по этой формуле.

21 октября 2011. Вчера, когда Дмитрий Медведев на журфаке МГУ встречался с активистами прокремлевских молодежных движений, а студенток журфака, встречавших президента с плакатами типа «Почему вы сидите в «твиттере», а Ходорковский — в тюрьме?» задерживали полиция и ФСО, один мой товарищ, оппозиционный активист с неприлично большим стажем, издевался в своем микроблоге над недовольными происходящим студентами журфака. Он писал им, что автобус с задержанными студентками все еще стоит на Манежной, их даже никуда не увезли, и если другие студенты вместо того, чтобы бежать на выручку, жалуются на происходящее у себя в блогах, то, значит, это плохие студенты, которые вообще ни на что в этой жизни не способны.

Я не учился на журфаке, и поэтому слабо представляю себе, как бы вел себя в этой ситуации я, если бы был студентом. Я помню случаи, когда на митингах толпа не отдавала омоновцам тех, кого они пытались задержать, но не помню, чтобы кому-нибудь удавалось освободить задержанных из автозака, тем более, что это было бы уголовным преступлением, чреватым для его участников большими тюремными сроками. Но вообще эта картинка — автобус с задержанными ни за что студентками стоит у ворот факультета, и никому до этого нет дела — она ведь действительно удручающая, так не должно быть, но при этом так есть, а по-другому у нас не бывает.

Культуры студенческих волнений, студенческих беспорядков в России просто нет. 1968 год на десятилетия вперед определил облик Европы и Америки, а у нас принадлежность к студенчеству — это либо такая мигалка для молодых, показатель статуса, либо вообще черт знает что, способ откосить от армии. По этой причине российское студенчество — такая же опора стабильности, как и те полицейские, которые сажали в автозак студенток с плакатами.

Оппозиционеры могут сколько угодно рассуждать по поводу того, что нужно делать, чтобы в стране что-то начало меняться, и наступающие двенадцать путинских лет — это даже здорово, у всех будет время порассуждать о чем угодно. А единственной силой, которая сможет всерьез трепать власти нервы, так и останутся те милые люди, которые 4 ноября выйдут на «Русский марш».

13 октября 2011. «Зеленая козявка, зеленая сопля, для челяди кремлевской ты шлюха в три рубля», — этот текст вчера цитировали информагентства, отдельно отмечая строчку «там сидит сурок в траве», в которой можно было разглядеть намек на заместителя главы кремлевской администрации Владислава Суркова.