Его щупальца выразили удивление.

— Такая причина есть. Мы можем говорить откровенно?

— Это зависит от темы разговора.

— Тема разговора — измена. Щупальца зашевелились.

— Эту тему мы могли бы обсудить в другом месте.

— Тогда зовите ваших носильщиков.

— Нет. — Поро внимательно изучал собеседника. — Я осведомлен о ваших действиях в суде. Вы честны, на не станете предавать свой вид. Как и я свой.

Генри улыбнулся. Ему нравился этот мятежник.

— Существует эквивалент, заменяющий преданность виду.

— Носильщики вынесут вас наружу.

— Я не уйду.

— Это не совсем соответствует вашей клятве на зеленой крови.

— Но нарушаете правила вы. Я пришел поговорить с вами, а вы отказываетесь.

Неожиданно Поро Подпрыгнул к потолку, не на шутку испугав этим Генри. Юне влез в туннель под самым сводом и сбросил оттуда веревку, которая повисла в воздухе.

— Вы сумеете удержаться на ней?

— Если завяжу узел.

Генри ухватил свободный конец веревки, завязал узел и обмотал его вокруг себя.

Веревка начала подниматься вместе с ним. И вот он уже стоит в узком туннеле.

Потом он перелетел через какие-то каменные перегородки, веревка внезапно ослабла, и он Полетел вниз. Воздух свистел, обтекая его, он стремительно несся навстречу полной темноте…

Наконец ноги Генри коснулись твердого покрытия. Он встал.

— Сюда! — раздался в темноте голос.

Они прошли два поворота и наконец увидели свет зажженной лампы. Но это была не комната, а пещера.

— Здесь можно говорить, — сказал Поро. — Я слушаю. Генри начал с места в карьер:

— Шестнадцать лет назад планета Земля была покорена пришельцами. И до сих пор она находится под их игом.

Поро, уверенный, что готов ко всему, к этому готов не был.

Генри его понимал. И еще он понимал, что Поро не участвует в «дележе пирога». Он — подлинный революционер. Тем интереснее иметь с ним дело.

— Я был революционером вроде вас, — продолжал Генри, не давая юне времени опомниться. — Но быстро понял, что мой бунт нелеп, потому что успех революции обойдется планете гораздо дороже, чем ее неудача.

Поро оправился от полученного шока. — Я не причастен к революции. Но уверен, что ваша была фальшивой — ведь вы никогда не были покорены! Вместо этого вы покорили Юне. Стоило ли являться сюда, рискуя, жизнью, ради этой выдумки?

— Вы не верите мне?

— Что Земля покорена? Что победа стоила бы моему народу больше, чем неудача? — Поро очертил небольшой круг своими локтями, что означало отрицание и недоумение.

— Разве Победители управляют вами нечестно?

— Я не сказал бы этого. Конечно, допускаются некоторые ошибки, но вы честнее, чем наше правительство. Однако, наказания…

Генри все обдумал еще на Земле, поэтому легко мог разбить доводы оппонента.

— Наказания? Но может ли порядок установиться без них? Население сокращается. Нищета, голод и болезни уходят в прошлое. Кончились войны.

Поро поднял присоску.

— Я знаю все ваши аргументы! Согласен, что ваша кровавая тирания не столь плоха. Но ошибка в том…

— …что она не юнская, — закончил Генри. — Однако предположим, что ваше правительство или, по крайней мере, ваш флот уцелели и правят другой планетой, как мы сейчас правим вашей. Не сделает ли каждый для другого мира то, что не в силах сделать для своего?

— Это соблазнительная мысль.