Внезапно Сиай оторвал одну руку от пола и захватил ею шею Генри, а ее присоска полетела к другой руке Сиай. Теперь он мог держать Генри, сколько хотел.

Генри попытался перевернуться на спину. Захват еще не был смертелен, Сиай пока не душил его. Но скоро начнет. Попытка не удалась.

Он попытался ударить по глазам противника, но тот отклонился, и рука Генри пронзила пустоту.

Однако он не сдавался. На голову юне обрушился град ударов тяжелого кулака. Хотя позиция и была не слишком удачна, но цели своей Генри достиг. Сиай выпустил его.

Вскочив, юне моментально выпрямился. Генри тоже вскочил и снова сжал кулаки. Но Сиай не стал дожидаться новых ударов — он отбежал и прыгнул на стену.

Признал ли он свое поражение? Генри не мог за ним следовать, а бегство Сиай могло нанести больший вред чем его смерть.

Генри все-таки бросился за юне и попытался схватить того за голову, но в его руках осталось только одно из щупалец. И тут руки Сиай коснулись лица Генри и прилипли к нему. Раструбы присосок хватались за нос, щеки, брови, шаря в поисках наиболее уязвимых мест. Воздух уходил в клапаны в центры присосок — сцепление усиливалось.

Над Генри нависла серьезная угроза. Надо было действовать мгновенно. Он схватил руки Сиай, резко рванул их, пытаясь оторвать от лица, и повис на юне. Нестерпимо заболел глаз, когда юне попытался вытащить его из глазной впадины. Генри изо всех сил выкручивал в это время руки своего неприятеля.

Подтянувшись, он ударил Сиай обеими ногами по торсу и одновременно дернул его вниз. Но присоски уже отпустили голову Генри и, не вцепись он в руки Сиай, возможность грохнуться спиной на пол стала бы реальностью — ощутимый удар о стену в расчет не принимался. Но он не выпустил юне, тут был важен не столько вес, сколько угол, под которым они висели. Тело Сиай изогнулось невероятным образом, и теперь все его четыре конечности были заняты — две ноги присосались к стене, а руками завладел Генри.

Все это время остальные юне просто наблюдали за схваткой. Повиснув на стене, Генри скользнул по ним взглядом и снова ударил по животу Сиай. Да, бить он умел… Пять юне справа, шесть слева, две группы по три и четыре юне в середине, и еще один поодаль. Девятнадцать…

Сиай старался подтянуть руки Генри к своим щупальцам, но тот, увернувшись, сумел избежать этого.

Девятнадцать? До поединка их было двадцать. Он автоматически пересчитал их тогда…

Внезапно Сиай отпустил стену. Генри вовремя сообразил, что означает свист впускаемого в клапаны воздуха, и изо всех сил оттолкнулся от стены. Они полетели вниз.

Генри упал сверху.

Гибкое тело юне хорошо выносило толчки и изгибы, но не обладало твердым скелетом землян. Падение, которое для человека, в худшем случае, закончилось бы несколькими сломанными ребрами, для Сиай обернулось плачевно. Тело его обмякло, на губах запенилась зеленая кровь, легкие были раздавлены…

Но Генри это уже не волновало.

— Среди вас был доносчик! — крикнул Генри. — И он исчез!

— Тве, — подтвердил кто-то. — Он стоял за мной.

— Его необходимо поймать! Стража! — приказал Генри.

— Ничего не выйдет, — покачал головой Поро. — Он удрал слишком давно.

— Все равно его надо найти! Оцепите район! На карту поставлена судьба планеты!

Никто не пошевелился.

— Это место предназначено для ухода от погони, а не для ее организации, — сказал Поро. — Здесь нельзя поймать никого, если у него будет фора хотя бы в сто шагов. Легенды гласят, что тут, по крайней мере, тридцать тысяч различных путей и множество тайников. Никто из нас не знает всего лабиринта.