Угощает Рауль Баррера.

Все за его счет – и точка.

А потом в один прекрасный день случается так, что он уже приглашает тебя сюда.

Ну, в общем, сидят на Эль‑Арболе как‑то, покуривают травку, забавляются каратэ, и Рауль заводит разговор про Фелисардо.

– Боксер? – спрашивает Фабиан. Цезарь Фелисардо – считай, самый знаменитый герой в Мексике.

– Нет, фермер, – иронизирует Рауль, улыбаясь. – Боксер конечно же. Он дерется против Переса на следующей неделе тут, в городе.

– Так билетов‑то не достать, – говорит Фабиан.

– Да, ты‑то , конечно, не достанешь, – соглашается Рауль.

– А ты? Достанешь?

– Он из моего города. Из Кульякана. Раньше я был его менеджером, он мой старый приятель. Хотите, парни, пойти, так я организую.

Да, они хотят, и Рауль все устраивает. Места рядом с рингом. Матч не затягивается: Фелисардо вырубает Переса в третьем раунде, но все равно кайф они словили. А еще больший, когда Рауль ведет их раздевалку и они знакомятся с Фелисардо. Он стоит и болтает с ними, будто бы и они его старые дружки.

Фабиан замечает и еще кое‑что: Фелисардо обращается с ними, будто с приятелями, и с Раулем обращается, как с cuate , но к Адану боксер относится совсем по‑другому. С Аданом он разговаривает подчеркнуто почтительно. Адан задерживается тут ненадолго; заглянул на минутку, вполголоса, тихо поздравил боксера с успехом и исчез.

Но на те несколько минут, пока он тут, все в комнате затихает.

Да, Фабиан понимает, что братья Баррера могут провести вас куда угодно, и не только на шикарные места на футбольный матч (Рауль ведет их туда), или в ложу на игру «Падрес» (Рауль оплачивает ложу), или даже в Вегас (туда они все летят месяц спустя, останавливаются в «Мираже», проигрывают все свои хреновые деньги, опять любуются на Фелисардо, как тот шесть раундов избивает до синяков Родольфо Агилару, чтобы сохранить свой титул в легком весе, потом закатываются на вечеринку с целым батальоном высокооплачиваемых девушек по вызову в номер люкс к Раулю и на следующий день летят домой – хмельные, измученные сексом и счастливые).

Не только это. Он соображает, что Баррера с ходу могут протолкнуть тебя в такие места, куда ты не сумел бы добраться и за много лет, даже горбатясь по четырнадцать часов в сутки в офисе своего папочки, если б вообще просочился туда.

Про братьев Баррера болтают разное: деньги, которыми они швыряются, достаются им будто от продажи наркотиков (ну да, конечно), и особенно много слухов гуляет насчет Рауля. Одна из историй, рассказываемых про него шепотком, такая.

Рауль сидит в своей тачке у дома, и музыка «Бандера» прямо‑таки вопит из приемника, басы бухают уже на инфразвуковом уровне, и кто‑то из соседей выходит и стучит в окошко его машины.

Рауль опускает стекло:

– Да?

– Вы не могли бы сделать потише? – орет мужик, стараясь перекричать музыку. – Слышно даже в доме! Стекла дрожат!

Рауль решает позабавиться.

– Что? – вопит он в ответ. – Я не слышу!

Человек не в том настроении, ему не до шуток. Он тоже весь из себя мачо. И опять орет во всю мочь:

– Музыка! Убавь ее! Слишком, мать твою, громкая!

Рауль выдергивает из куртки пистолет, упирает недовольному в грудь и спускает курок.

– Ну как, мать твою, теперь не слишком громко? Ты, pendejo?

Труп соседа исчезает, и после этого никаких жалоб на музыку Рауля уже не поступает.

Фабиан с Алехандро обсудили сплетню и решили, что все это, скорее всего, ерунда собачья, это не может быть правдой, слишком уж похоже на «Лицо со шрамом». Но теперь вот Рауль докуривает «косячок» и произносит: «А давайте пойдем убьем кого‑нибудь», словно предлагает отправиться в «Баскин Роббинс» съесть по порции мороженого.