Гидеон обратил ее внимание на плоское металлическое колесо на ремне.

– Когда этот прибор включен, колесо вращается со скоростью 3200 оборотов в минуту. Если просто поместить на него алмазную пыль, она мгновенно разлетится по всей комнате. Поэтому мы используем льняное масло, чтобы приклеить ее.

– Я понимаю.

– Сейчас я закреплю бриллиант в этих тисках, Хло. Следи за тем, как я это делаю. Ты видишь, тиски привинчены к столу. Очень важно, чтобы бриллиант был неподвижен, когда его режешь или полируешь. Ну вот, теперь он укреплен в тисках, которые я могу передвигать, как захочу, разрезая бриллиант.

Укрепив в глазу десятикратную лупу, Гидеон немного подвинул тиски, включил станок и начал резать и полировать бриллиант.

Хлоя как завороженная молча наблюдала за ним, боясь отвлечь хоть на секунду его внимание от требующей полной концентрации работы.

– Значит, вы вместе едете в Йоркшир на конец недели, – сказал Брюс, глядя через стол на Хлою. – Гидеон сказал мне, что вы уезжаете утром в четверг и возвращаетесь в понедельник.

– Именно так, дедушка, и мама об этом знает, – пропела Хлоя своим нежным голоском. – Она сказала, что не возражает и я могу поехать.

Брюс не смог удержаться от улыбки.

– Конечно, ты можешь поехать. Почему бы тебе не поехать в Йоркшир? Но знаешь, Найгел так скверно вел себя в последнее время. Он мог создать нам серьезные проблемы. Я имею в виду дела фирмы. Конечно, он все равно член нашей семьи, твой брат.

Хлоя понимающе кивнула. Ее лицо было очень серьезно.

– Мама мне об этом рассказала. Вначале она была здорово расстроена и даже злилась, но сейчас уже немного успокоилась. Майлс сказал, что Найгел вел себя как самоубийца, а Гидеон считает, что у него тенденция к саморазрушению.

– Все правильно, – пробормотал Брюс, отпивая воду из бокала. – Но должен признать, что наши близнецы склонны драматизировать события реальной жизни.

Хлоя доверительно поделилась с Брюсом: – Знаешь, дедушка, Тамара очень расстроена всем этим. Я имею в виду поведение Найгела. Она любит маму и сказала мне, что ей очень стыдно за Найгела и за то, как он себя вел. Тамара считает, что он должен извиниться перед мамой и попросить ее, чтобы она разрешила ему вернуться на работу. Держу пари, если он это сделает, мама возьмет его обратно, ведь правда? – Возможно, – осторожно ответил Брюс, размышляя, действительно ли Стиви позволит Найгелу вернуться в «Джардин».

Разрешил бы он сам на ее месте, если бы все еще возглавлял компанию? Он не был уверен в этом. Поведение Найгела было настолько своевольным, а всякая неуправляемость вела в бизнесе, по крайней мере по мнению Брюса, к катастрофическим последствиям.

Вспомнив, что Хлоя все еще ждет ответа, Брюс поспешно проговорил:

– Стиви не только умная женщина, она еще и любящая мать. Конечно, она любит Найгела, несмотря на все его безобразное поведение. Скорее всего она простит его и восстановит в фирме. Но, думаю, не сейчас. Однако хватит о неприятном, давай лучше поговорим о твоем будущем в «Джардин». Ты действительно хочешь работать в семейном бизнесе?

– Конечно, дедушка! Я просто мечтаю об этом! – вдохновенно воскликнула Хлоя. – Мне интересно в «Джардин» абсолютно все!

– Но ты выбрала, в какой области тебе хотелось бы работать, Хлоя?

Хлоя вздохнула и, покачав головой, улыбнулась Брюсу.

– Я знаю, что у меня нет таланта и я не смогу стать гранильщиком, как Гидеон. Но я обожаю камни, дедушка. Они меня завораживают, влекут. Особенно бриллианты. Ты, конечно, понимаешь, я не имею в виду обладание ими. Я бы хотела продавать бриллианты и другие драгоценные камни тоже.