Брюс удовлетворенно кивал головой, он был явно доволен ответом Хлои.

– Это как раз моя область. И твоей матери. Так что ты пойдешь по нашим стопам. Когда ты приедешь к нам после окончания школы, я попрошу Дрексела заняться твоим обучением. Ты сможешь все лето проработать в его отделе. Тебе там будет интересно, и ты многому научишься.

– Спасибо, дедушка! Это будет здорово! А вот и обед. – Хлоя откинулась в кресле и выпила воды, пока официант ставил перед ней первое блюдо.

Хлоя и Брюс заказали на обед одно и то же: печеные креветки в горшочке и слоеный пирог с курицей. Это были их любимые фирменные блюда в «Кларидже».

С энтузиазмом уничтожая креветки, Хлоя забыла обо всем. Брюс с удовольствием наблюдал за ней. Покончив с последней креветкой, девушка снова склонилась над столом и проговорила заговорщическим голосом:

– Найгела бесит, что мама глава «Джардин». Я думаю, все дело в этом. Он против равноправия женщин. Мне-то казалось, что мужской шовинизм давно уже вышел из моды.

Удивленный проницательностью Хлои, Брюс кивнул, соглашаясь.

– Да, пожалуй, ты права. Ну что ж, тем хуже для него. Боюсь, что в современном мире, когда женщины заняты во всех видах бизнеса и производства, с таким подходом он обречен на поражение. – Он усмехнулся и добавил: – Даже меня воспитывали таким образом, чтобы я принимал женщин-бизнесменов как равных. Ты же знаешь, иногда твоя мама называет меня старомодным. Но еще много лет назад ей удалось поставить меня на место и показать, какую роль в бизнесе может играть женщина. Однако то, что ей удалось со мной, у нее, по-видимому, не получилось с Найгелом.

– Найгел упрям как осел, – проворчала Хлоя и, подумав, добавила: – Или хочет таким казаться.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Брюс.

– Понимаешь, он всегда играет какую-нибудь роль, выбранную заранее. Мне кажется, что он по своему желанию может стать деловым и раздражительным или ласковым и легкомысленным. И его роли меняются, как картинки в калейдоскопе. Ты понимаешь, мне кажется, что есть какая-то еще причина. По-моему, Найгел за что-то обижен на маму.

Брюс снова удивленно посмотрел на Хлою.

– Но из-за чего он может сердиться на Стиви? – с непритворным интересом спросил он.

Хлоя пожала плечами.

– Не знаю, дедушка. Может быть, из-за чего-нибудь, что случилось уже давно. Он очень злопамятный, уж это точно.

Брюс кивнул, размышляя о том, что Хлоя, к его удивлению, обнаружила редкую для своего возраста проницательность и знание человеческой натуры.

«У нашей малышки блестящий ум, – подумал Брюс с гордостью. – А к этому бог дал ей и обаяние, и красоту, и доброе сердце. Хорошо, что у Стиви есть Хлоя. И у меня тоже».

Густые волосы, темные сияющие глаза, прекрасная фигура и такой живой, яркий интерес к людям. Брюсу на мгновение стало жаль, что в нынешнем году ему исполнится восемьдесят три и он скорее всего уже не увидит, как эта юная прекрасная девушка превратится в молодую женщину. Не узнает, кто станет ее спутником жизни, не увидит ее детей… Хлоя столько значила для него! Никого в жизни, кажется, он не любил так нежно, так самоотверженно. Да, жизнь порой дарит сюрпризы. Думал ли Брюс, что эта, в сущности, чужая девочка будет так дорога ему?!

– Что с тобой, дедушка? – Хлоя, почувствовав его настроение, погладила Брюса по руке.

– Ничего, детка. Почему ты спрашиваешь?

– Ты вдруг стал очень печальным, – ответила она озабоченно.

Брюс снова улыбнулся и взял ее руку в свои.