— Ага, а моя?

Он многозначительно улыбнулся.

— Подожди-ка минуточку, — Дебби помотала головой, — я не давала согласия...

— Оставь это, Деб, — прервал он ее. — Я уже сказал, у меня был длинный день, я устал. Я не собираюсь спорить с тобой.

— Ладно. Я посплю на диване.

— У меня его нет. — Лунный свет скользил по его обнаженной коже, словно пальцы любовницы.

— У тебя нет... — она еще раз быстро огляделась. Кресла. Много кресел, но ни одного дивана. — Каким должен быть человек, чтобы у него не было дивана!

— Таким, как я. А теперь пошли.

— Я не собираюсь делить с тобой постель, Гейб!

— Спать, Деб, — мужчина открыл дверь спальни. — Здесь ты отлично выспишься. Я слишком устал, чтобы искать тебя по всему острову, если тебе вздумается улизнуть.

— Я не убегу.

— Вот именно. Пошли!

Разделить постель с Гейбом — подобный вариант развития событий вовсе не входил в планы Дебби. Но она не знала, как этого избежать, и, черт побери, она тоже устала! В конце концов, вовсе не он, а она последние несколько часов пыталась уснуть на узкой койке в тюремной камере.

Она двинулась через комнату, не спуская с него глаз.

— Не делай лишних движений.

Гейб рассмеялся.

— Не строй иллюзий, детка. Ты не настолько неотразима.

— Большое тебе спасибо.

— Хватит разговоров. Спать. Поговорим завтра.

— Отлично.

Она вошла в его спальню и с трудом сдержала возглас изумления — комната была громадной, с камином, со множеством застекленных дверей, ведущих на просторную каменную террасу, и книжными полками от пола до потолка. Лунный свет освещал кровать, огромную, словно футбольное поле.

Каждая клеточка в теле Дебби завибрировала — Гейб сбросил шелковые пижамные брюки и теперь стоял перед нею обнаженный.

— Ты в своем уме? — спросила она, быстро отвернувшись.

Господи, он выглядит просто потрясающе! 

— Ты и раньше видела меня без одежды.

— Да, но следует ли тебе оставаться без одежды сейчас?

Рассмеявшись, мужчина забрался в постель и накрылся одеялом.

— Как уже было сказано, я устал. Так что ложись и спи.

— Я не могу спать, когда ты тут голый.

— А я не могу спать в одежде. Попробуй угадать, чье самочувствие для меня важнее.

— Что уж тут гадать, — пробормотала она и уселась на другую сторону громадного ложа. Сбросив босоножки, Дебби на мгновение призадумалась, не остаться ли ей в одежде, но потом решила, что это глупо. Не похоже, чтобы Гейбу было до нее дело. Если он сделает хоть одно движение, она сможет остановить его.

Она должна будет остановить его. Искоса поглядывая на Гейба, Дебби расстегнула молнию на шортах и сбросила их.

— Так, значит? — спросил он, подначивая ее. — Будешь спать в рубашке и бюстгальтере?

— Мне очень удобно, — солгала она, опуская голову на пуховую подушку, легкую и мягкую, как облачко.

— Отлично. Как хочешь. — Мужчина вздохнул, повернулся на бок и предупредил: — Не пытайся выйти из комнаты, Деб. Я сплю очень чутко.

— Я помню, — тихо ответила она в темноту. Слышал он ее или нет, она не поняла. А еще через мгновение ей стало все равно. Она провалилась в сон, словно камень в колодец.

Глава третья

Дебби застонала во сне, перевернулась на бок и почувствовала рядом теплое и упругое тело. Ее голова покоилась на сильном плече, и она не стала открывать глаза, несмотря на то что даже сквозь веки чувствовала солнечный свет.

Настало утро, но она была совершенно не готова подняться.