Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
— Все равно уж расходятся все.
Горели воткнутые в снег факелы, каждый уходящий подходил к идолам, кланялся и благодарил за веселье.
— Ништо! — широко улыбаясь, кланялись в ответ волхвы — длинный и пухленький. Стоящий чуть поодаль Велимор провожал каждого ласковым словом. — Жду вас, красавицы девы, — почтительным поклоном простился он с Любимой и Речкой. — Обязательно приходите еще. Речка знает — куда.
— Какая хорошая у него улыбка — ясная, добрая, — прошептала на ухо подружке Любима.
— Да… — тихо откликнулась Речка. — И какой он красивый! Велимор, Велиморе…
В черном бархатном небе желтыми искорками сверкали звезды. Рассыпал жаркие искры костер, и стоявшие кругом идолы отбрасывали на снег корявые темные тени.
Выбравшись из берез, Вельвед-волхв пристально оглядел своих и скривил губы в улыбке.
— Неплохо поработали сегодня, — скупо похвалил он. — Однако ты, отроче! — Он с силой ткнул посохом в грудь Велимору. Тот пошатнулся и скривился от боли.
— Ты почто нос воротишь от рыжей? — нехорошо усмехнулся Вельвед. — Плетей захотел, отроче? — Глаза его грозно прищурились.
— Н-нет, — запинаясь, ответил отрок. — Я н-ни-чего…
— Смотри у меня! — погрозил посохом волхв. — Позвал всех, кого надо?
— Позвал, господине.
— Ну, хоть так, — волхв замолчал, обернулся. — .Эти чего ждут? — Он указал на группу парней, переминавшихся с ноги на ногу неподалеку.
— Известно чего — оплаты! — хохотнул круглолицый Кувор. — Кто кричал, кто подпевал, кто приплясывал. Все, как ты велел, господине!
— Ах, да, — Вельвед почесал бороду и прищелкнул пальцами. — Войтигор, проплати. — Он снял с пояса калиту и протянул высокому волхву с длинным носом. Пожаловался:
— Мне бы еще Колимога проверить. Где он, на Подоле?
— На Щековице должен.
— Эх, не близко… Ну, поскакал я. Ты серебришко-то зря не трать, Войтигоре, я ведь проверю, — взгромоздясь на лошадь, на прощанье погрозил посохом он.
Проводив его взглядом, Войтигор подозвал парней:
— Тебе резана, тебе, тебе… а вам — на двоих одна!
— Почто так, волхвоче?
— А невпопад выкрикивали! В следующий раз будете, как надо. Ну, все, что ли? — Он обернулся. — Идем в корчму, брат Куворе? Бражки хлебнем, чай, заработали.
— Идем, — ухмыльнулся Кувор. — Стой. А этот гусь где? Эй, Велимор!
— Тут я, в кусточках, — послышался из-за берез тоненький жалобный голос. — Живот прихватило.
— От страха, верно! — Войтигор засмеялся. — Эвон как плетей испугался. А и поделом — не гневи Вельведа, что скажет, то и сполняй!
— Да я ж и сполняю… — глухо ответили из темноты.
 
Не вернулись Ярил с Порубором и к пятнице. Напрасно все глаза проглядела Любима — не покажется ли за воротами суженый? Нет, не показался. Сам Зверин головою качал, на дочку глядючи. Не выдержал, послал ближе к полудню на торг — пущай дщерь проветрится, инда извелась вся.
— Паволоки купи себе на рубаху летнюю, да замок на амбар новый, — отсчитывая серебряные дирхемы, строго напутствовал Зверин. — Калитой зря не сверкай, да до темна не шатайся, народишко на торгу разный ходит — татей хватает.
— Ужо не беспокойся, батюшка, — уходя, поклонилась дева, поплотней запахнула платок — небо-то не как вчера — хмурилось, вот-вот заплачет дождем, а то и мокрым снегом.
Быстрый переход
Мы в Instagram