— И отпустил тебя? — спросил я Рагнара.

— Надеюсь, что отпустит, — ответил Рагнар, — когда я привезу тебя домой. Пока что я все еще заложник, но Альфред сказал, что я могу отправиться тебя искать, если пообещаю вернуться. И нас всех скоро освободят. Гутрум ведет себя хорошо, не доставляет никаких хлопот. Король Этельстан — так его теперь зовут.

— Он в Восточной Англии?

— В Восточной Англии, — подтвердил Рагнар, — и строит там церкви и монастыри.

— Неужели он действительно стал христианином?

— Бедный ублюдок так же набожен, как и сам Альфред, — мрачно проговорил Рагнар. — Гутрум всегда был легковерным дураком. Но Альфред послал за мной и сказал, что я могу отправиться на твои поиски. Он позволил взять людей, которые служили мне в ссылке, а остальную команду набрал Стеапа. Они саксы, конечно, но зато достаточно хорошо умеют грести.

— Стеапа сказал, что он здесь для того, чтобы тебя сторожить, — сообщил я.

— Стеапа! — Рагнар посмотрел поверх костра, который мы разожгли в разрушенной церкви монастыря. — Ты, грязный кусок вонючего козьего дерьма! Ты сказал, что находишься здесь для того, чтобы меня сторожить?

— Но я и вправду здесь для этого, мой господин, — ответил великан.

— Ты кусок дерьма! Но ты славно дерешься, — ухмыльнулся Рагнар и снова посмотрел на меня: — А тебя я должен отвезти обратно к Альфреду.

Я уставился в огонь, где обломки горящих плетней сияли ослепительным красным цветом.

— Тайра в Дунхолме, — сказал я. — И Кьяртан все еще жив.

— Я обязательно отправлюсь в Дунхолм, когда Альфред меня освободит, — заверил меня Рагнар. — Но сперва я должен отвезти тебя в Уэссекс. Я поклялся, что сделаю это. Я поклялся, что не нарушу мира в Нортумбрии, а только привезу тебя к Альфреду. И Альфред, само собой, держит у себя Бриду.

Брида была женщиной Рагнара.

— Зачем?

— В качестве заложницы. А вдруг я надумаю сбежать? Но теперь он ее выпустит, и я раздобуду денег, соберу людей, а потом сотру Дунхолм с лица земли.

— У тебя небось нет денег?

— Есть, но слишком мало.

И тогда я рассказал Рагнару о доме Сверри в Ютландии и о том, что он прячет там свое богатство. По крайней мере, мы так считали.

Пока Рагнар обдумывал это, я размышлял об Альфреде.

Мы с ним никогда не любили друг друга. Временами Альфред меня ненавидел, но я ему служил. И служил превосходно, а он проявил невероятную скупость: подарил мне всего лишь поместье «Пять Шкур», в то время как я дал ему целое королевство. Однако теперь я был обязан ему свободой, хотя и не очень понимал, почему он решил меня спасти. Неужели в обмен на монастырь, который пообещала выстроить Хильда?! А что, вполне возможно: монастырь был ему нужен, и его к тому же порадовало раскаяние Хильды… Все это не укладывалось у меня в голове. Нет, нам с Альфредом никогда не понять друг друга.

Но, как бы то ни было, он меня спас. Он протянул руку помощи и освободил меня из рабства. Поэтому я решил, что Альфред в конце концов все-таки решил меня вознаградить. Но я подозревал, что мне еще придется заплатить за свое освобождение. Наверняка я нужен Альфреду больше, чем душа Хильды и новый монастырь. Я ему еще понадоблюсь.

Я вздохнул и сказал:

— А я-то надеялся, что никогда больше не увижу Уэссекс.

— Другого выхода нет, — ответил Рагнар, — потому что я поклялся привезти тебя туда. Кроме того, мы не можем здесь оставаться.

— Не можем, — согласился я.