— Прошу вас, господа, садитесь. Не желаете ли по стаканчику бренди?

— С удовольствием!

— В таком случае… — Фальконе кивнул на журнальный столик; там, в хрустальном графине, поигрывала огнями благородная жидкость. Джек плеснул себе на два пальца и залпом выпил, с наслаждением чувствуя, как тепло разбегается по жилам.

Сильвио меж тем достал из конверта письмо и углубился в чтение. Мюррей с каким-то болезненным любопытством наблюдал за его лицом; но Фальконе ни мимикой, ни движением глаз не выдал своих эмоций. Наставник пробежал глазами текст и протянул листок французу. Финкелстайн протестующее вскочил.

— Позвольте, позвольте! Вы хорошо рассмотрели печать? Это же тайна Братства…

— Не волнуйтесь, Том, мсье Легри — Мастер Центрально-Европейской Ложи. Собственно, а что вас так смутило в этом… гм… послании?

— И вы туда же! — Нотариус возмущенно уставился на собеседника. — А если я скажу, что книга существовала в действительности — и беднягу полковника убили, похоже, из-за нее?!

— Полагаете? — поднял бровь Сильвио. — Ну хорошо. Расскажите, как вы пришли к таким выводам.

Маленький нотариус принялся рассказывать; Фальконе слушал его, скептически покачивая головой.

— Вынужден унять ваш неофитский пыл, Том, — наконец произнес он. — Боюсь, вы стали жертвой мистификации. Дело в том, что покойный сэр Дадли отличался неуемной страстью к розыгрышам, причем сохранил это свойство до глубоких седин.

— Правда?! — На Финкелстайна было жалко смотреть: румяное лицо нотариуса выражало живейшее разочарование.

— Увы! Чего стоил хотя бы скандал в Королевском Зоологическом Обществе. Дадли Фокс тогда произвел фурор на одном из заседаний, заявив, что среди гигантских рептилий Нового Света встречал настоящих огнедышащих драконов. Он даже представил доказательство — чучело некой летающей бестии; правда, маститые зоологи быстро опровергли саму возможность огнедыхания. Помнится, ставился даже вопрос об исключении сэра Дадли из рядов Общества; но потом историю удалось замять, все же он и впрямь выдающийся ученый и путешественник.

— Но как же… Ведь треклятая книга действительно была, и ее похитили!

— Грабители могли принять ее за что-то ценное в темноте. Думаю, их целью была банальная нажива — вы же сами говорили, что список похищенного включает в себя золото и драгоценности. Возможно, они просто хватали все, что попадется под руку!

— Скажите, а это письмо читал кто-нибудь еще, кроме здесь присутствующих? — подал голос Легри.

— Нет…

— В таком случае почему бы вам не забыть всю эту историю? — предложил француз. — Несчастный сэр Мэтью никоим образом не причастен к мистификациям своего отца, а столь дикие фантазии могут бросить тень на репутацию почтенного семейства… В свете случившейся трагедии это совершенно непристойно! Сильвио, что скажете?

— Да-да, Огюст, вы, несомненно, правы.

— Но… что мне делать с письмом?

Сильвио Фальконе забрал у француза листок, вложил его в конверт — и бросил в пламя камина.

— Вот так. Будем джентльменами.

Финкелстайн уныло наблюдал, как жадные язычки пламени лижут плотный пергамент.

— Пожалуй, я пойду.

— Мой телохранитель проводит вас до дома, — неожиданно сказал француз.

— О, что вы, в этом нет никакой необходимости! — запротестовал нотариус.

— Я настаиваю, сэр. Вы читаете газеты? Вчера опять нашли труп; похоже здесь, в сердце Альбиона, жизнь куда более опасна, чем на континенте.