Раздался стук в дверь, и Лукас снова вздрогнул.

— Кто? — тихо спросил он, подойдя к двери.

— Я вам заказ принесла, — послышался голос.

Молодой человек приоткрыл дверь и увидел улыбающееся лицо девушки.

— Вы никогда не заказываете себе обеды, — заметила она.

— Я на работе ем, — коротко ответил Лукас и тоже улыбнулся.

— Если что, звоните по телефону. Я сегодня дежурю.

— Хорошо, — согласился он и закрыл за ней плотно дверь.

Он поставил на столик бутылку с вином и подошел к окну. На улице уже было темно. Окна выходили в темный двор, где сегодня почему-то горел только один фонарь, который покачивался на ветру.

— Что за погода? — удивился вслух Лукас. — Сплошные ветра и дожди. Бедная страна, как тебя еще не смыло с земли вообще?

Он усмехнулся своему рассуждению и, присев к столу, открыл бутылку и налил вина.

— Я тебя выпью всю, — проговорил он. — Завтра мне спешить некуда, поэтому буду спать до самого вечера.

Он подошел с наполненным бокалом к зеркалу и улыбнулся своему изображению.

— Ну что, непутевый ты человек, за тебя! У тебя должно быть все хорошо, только держи себя в руках. Джон нытиков не любит. Может, действительно у нас все и получится.

Он залпом выпил вино и поморщился.

«Что интересное на этот раз надумает Джон? Ему не терпится что-то сотворить с крестом, испытать его силу, но на ком? Заброшенную ферму мы уже уничтожили и сразу нарвались на полицию. В море волны подняли.… А эти таинственные всадники… Кто они такие? Почему они не появились в последний раз? Ах, да, Джон объяснил их явление. Силу креста надо направлять на определенный объект. Что дальше можно придумать? Здесь пахнет криминалом, и большим. Я могу себе представить, какой поднимется переполох в Лондоне, когда что-то случится невероятное. Надо поговорить с Джоном, чтобы в городе ничего не предпринимать. Уедем куда-нибудь подальше и там…».

Лукас налил еще себе вина и подошел к окну. Уличный фонарь раскачивался от ветра и мигал. На стекле появились первые капли дождя, и Лукас прикрыл окно. Так он стоял долго, всматриваясь в темноту, пока ему не показалось, что у столба с фонарем мелькает какая-то тень. Он осушил фужер и присмотрелся. Вроде никого. Он глубоко вздохнул и вернулся к столу. Почему-то сейчас он снова вспомнил монаха. Того самого, который появился в его жизни и вел себя очень странным образом.

«Откуда его принесло в наш музей? — снова впал в размышления молодой человек. — Крест в музее очень давно, а монах появился несколько месяцев назад. Откуда он взялся? Он и сейчас там отирается. Если он владеет каким-то колдовством, то давно бы нашел и меня и Джона или просто прибрал крест к себе и исчез. Странно все получается. Сегодня он опять был там, у музея, и, наверняка, мог видеть меня. Странно все как-то…».

Лукас выпил еще, поднялся и выключил свет, развалился на кровати. Он прикрыл ладонью глаза и прислушивался, как дождь стучится в окно.

«У меня нет сигарет, — вдруг вспомнил он и поднялся, взглянув на телефон. — Что меня в последнее время стало тянуть к сигаретам?» Я же раньше не курил, — размышлял он вслух. Потом поймал себя на том, что в последнее время стал еще и сам с собой разговаривать. — Это патология, — пробурчал он и позвонил дежурной, заказал пачку сигарет.

Он снова взглянул на бутылку с вином и почувствовал, как ему становится хорошо: по венам побежала горячая кровь.

Лукас приоткрыл входную дверь и снова встал у окна, стал всматриваться в качающийся фонарь. Так он стоял, погружаясь в очередные размышления, и вздрогнул, когда кто-то коснулся его плеча.