Учуяв хозяина, Облак потянулся к нему мордой. Властимир зашел к нему в стойло, протянул принесенную с пира краюху хлеба с крупинками соли. Приняв лакомый дар, Облак потерся мягкими губами о ладонь князя. Властимир пригладил всклокоченную после посещения дворового гриву и наткнулся на косицу у самой холки. Она была чуть растрепана от времени и приключений, но еще крепко держала ее красная нитка. Коснувшись нитки, припомнил Властимир ту, что вплела ее в гриву его жеребца. Пальцы замерли, и Облак, словно сочувствуя хозяину, ткнулся ему в плечо мордой.

— Ведаю, что тебе думается, — молвил Властимир, обнимая его голову. — И тебе, наверное, хочется ее руки на себе почувствовать. Она тебя гладила, помнится…

Жеребец косил синим глазом, будто говоря: «Да, бывало такое…»

— Не скучаешь по рукам ее? — спросил князь. Облак тряхнул гривой — нет, мол.

— Врешь, скучаешь, да сказать не можешь! — Князь потрепал его по спине. — А мне-то каково?.. Завидую я тебе, друг! Тебя-то она, может, когда и приголубит, а на меня и не взглянет вовсе.

Облак молчал, встряхивая гривой. Вдруг он поднял голову, раздувая ноздри, почуяв кого-то. Властимир обернулся и увидел, что в оставленную им приоткрытой дверь конюшни кто-то крадучись зашел и остановился на пороге.

— Чего встал? — окликнул незнакомца князь. — Коли добрый человек, проходи, а коли конокрад, лучше уйди вон, пока я тебя не выдал!

Факел осветил лицо ночного гостя, и Властимир удивился, узнав дочь Мала, Красаву. Девушка тихо приблизилась к стойлу.

— Что ж ты здесь делаешь, красавица? — спросил князь. — Прячешься от кого, не то бежать надумала?

Красава молчала.

— Ответь, не стесняйся. — Властимир приподнял ее лицо за подбородок. — Как-никак не тать, не убийца я ночной, что меня сторониться да таиться надобно. Коли что тайное имеешь — не выдам… А не хочешь молвить — молчи, не неволю.

Девушка вздохнула.

— Мне в горнице стало душно, — сказала она, — решила я выйти, ночью подышать…

— То и верно, — согласился Властимир. — Ночь нынче хороша! Только тут звезд не видать, разве что в окошечко!

Он улыбнулся, а Красава оставалась грустна и тиха. Лицо ее было бледнее обыкновенного, но в ночном полумраке князь этого не разглядел.

— А я сначала звезды разглядывала, — стала объяснять княжна. — А потом тебя увидела — ты из терема вышел… И не смогла на месте устоять, — закончила она совсем тихо…

— За мной ты, что ль, сюда пришла? — спросил он.

— За тобой…

— Ишь ты!

— Я бы за тобой и дальше пошла! — воскликнула девушка и, видя, что Властимир молчит, добавила пылко: — Посватайся ко мне, князь!

Властимир отвлекся от Облака:

— Что ты сказала?

— Возьми меня в жены, Властимир Резанский! — громко и страстно молвила Красава, придвигаясь ближе. — Возьми меня в жены, посватайся! Отец согласится, брат тоже, весь город рад будет — ведь ты его от Змея спас! И меня тоже. Ты красив, ты силен и богат и молод еще! Возьми меня — я тебе хорошей женой буду, любить буду крепко, до самой смерти, в Резань твою уеду…

Она замолчала, увидев, как изменилось лицо Властимира при ее словах. Князь стоял, задумчиво перебирая пряди конской гривы и не глядя на девушку.

Красава по-своему поняла его молчание.