Подъехав к островку, он осадил коня и сорвал с головы воинский шлем.

Воин был еще молод, безус — лет на пять-шесть помладше Буяна. На узком юном лице сверкала хищная улыбка. Одет он был во все темное — даже меховой воротник плаща был черен.

Обут он был в высокие сапоги с острыми носами, а одет в синие порты и короткополую епанчу с мехом по вороту, перетянутую поясом, к которому крепились ножны с ножом. Меч его висел сбоку седла.

Незнакомец тряхнул черными жесткими кудрями и спросил весело:

— Что вы за путники за такие? И что в болотах делаете?

Властимир заметил, что Буян уже открыл рот — для того, чтобы ответить всаднику: «Не твое дело», — но успел стиснуть ему руку.

— Ты чего? — удивленно прошептал Буян.

— Нам оборотень что велел? Ни с кем не заговаривать, пусть даже мать родная… или Прогнева, — задел князь гусляра за живое. — Иначе бототник нас к себе заберет. Забыл? А парень этот не нашего вида человек, таких я не встречал в наших краях.

— А что же чужак в ваших родных болотах делает? — весело спросил парень. — Имя мое вам ничего не скажет, а о деле поведать могу. Послали меня, чтоб двоих людей найти да весть им передать добрую. Должны они где-то здесь быть — в болоте. Вас, вижу я, двое. Так, может, вы и есть те, кого я ищу?

Чтобы не отвечать, друзья подошли к своим лошадям и занялись осмотром их сбруи. Незнакомый парнишка не спешил уезжать.

— Я даже уверен, что это вы и есть, — молвил он решительно. — Мне сказали — один из них князь из города Резани, а другой — гусляр. Мы их в Новгороде потеряли, да…

Услышав про Новгород, друзья не выдержали и взглянули на парня. Тот довольно улыбнулся:

— Что, попал верно? Ну, давайте знакомиться. Я — Пепел, Лисохвостов подручный, а вы кто?

Скажи он — Чистомыслов, Буян, может быть, ему и поверил — он хорошо помнил волхва. Но имя его помощника, Лисохвоста, гусляру было неизвестно. Он вскочил в седло и кивнул князю: пора, мол, в путь. Властимир оседлал Облака, и друзья отправились дальше.

Пепел тащился чуть позади и время от времени начинал снова:

— Ну сколько раз можно повторять, что я как раз вас и ищу? Третий день из седла не вылезаю! Мне уж эти болота до смерти надоели! И кто вам чушь такую сказал, что здесь нельзя ни с кем разговаривать? Я же говорю — и ничего!

Трудно было молчать, когда так и тянет сказать крепкое слово, чтобы этот навязчивый отстал. Но даже Буян ехал словно в рот воды набрал. Пепел, видно, понял, что таких не уговоришь, и отстал со словами:

— Ну и ладно! Ну и блуждайте по вашим болотам без конца. А я домой поехал! Прощайте!

Он повернул коня и поскакал обратно по своим следам. Провожавший его взглядом Буян еле удержался, чтобы не сказать: «Скатертью дорога!»

Однако после отъезда незнакомца им и между собой расхотелось разговаривать. Что это за место за такое, где за слово человеческое такая кара положена?

Вечерело. Солнце не спеша спускалось к западу, окрашивая небо в рыжие и алые цвета и предвещая прохладный ненастный день. Усиливающийся ветер тащил по небу все новые и новые облака, собирая их над болотом. Быстро темнело.

Друзья выбрали местечко повыше и подальше от окон с водой — известно, что всякая нечисть страсть как любит именно там заблудших подкарауливать. Лошадей привязали так, чтобы не подошли к озеркам даже случайно — лишиться коня было нельзя.

Пока было светло, наломали веток, запалили костерок. Чтобы не слишком донимала мошкара, Буян бросил в огонь пучок травы беляницы. Над островом стал стелиться пахучий дымок.