— Боже, кажется, я что-то вспомнила! — тихо воскликнула она.

Сэр Эдвард и Дженни обратили на нее недоуменные взгляды.

— Что же? — осторожно спросила Дженни.

— Помните… — Ребекка подалась всем телом вперед и вперила в сэра Эдварда пристальный взгляд. — Помните, вы говорили, что Марисса сказала вам что-то про «шпиона»? Перед самой своей смертью? Помните?

Сэр Эдвард задумчиво пожевал губами.

— Да, мне так показалось… А что?

— Я думаю, вы расслышали ее неправильно. Она хотела сказать не «шпион», а «Слай»! Слай Капра! А шпион тут совершенно ни при чем. Наверное, он неожиданно объявился на том вечере, она испугалась и бросилась за помощью к вам.

Сэр Эдвард, зажав в руках стакан, устремил неподвижный взгляд в пустоту.

— Возможно… Возможно, вы правы, — наконец проговорил он. — Господи… — Он с силой поставил стакан на стол и спрятал лицо в ладонях. — Ну почему я не слушал ее, почему?! Ведь в противном случае, может быть, ничего и не произошло бы!

Дженни сорвалась со своего места, быстро подошла к отцу и положила руки ему на плечи.

— Не казни себя, папа. Откуда ты мог знать, что ей угрожает какая-то опасность?

Сэр Эдвард покачал головой.

— Нет, это отчасти моя вина… — прошептал он. — Моя…

Тут Ребекка и Дженни одновременно вспомнили про то, о чем Стирлинг рассказывал сегодня по телефону.

— А тебе известно, — начала Дженни, — что полтора года назад она сорвала джекпот в одном из казино Лас-Вегаса?

— Или что она работала на Слая Капру и благодаря ему разбогатела? Выигрыш в казино дал ей лишь стартовый капитал, который она затем значительно приумножила. Но в какой-то момент деловое соглашение между нею и Слаем было, видимо, нарушено, и, мне кажется, именно поэтому ее убили, — сказала Ребекка.

Сэр Эдвард передал Дженни пустой стакан, чтобы она его вновь наполнила.

— Деловое соглашение? О чем это вы?

Ребекка переглянулась с Дженни, боясь рассказать ее отцу то, что поселит страх в его душе. Боясь произнести те слова, которые могут иметь для него роковые последствия, начиная от крушения треста «Толлемах» и заканчивая возможным тюремным заключением.

Офис нотариальной конторы «Лоусон, Мартин и Грант» размещался в стареньком здании на Белшам-стрит в восточном Лондоне. Казалось, с начала столетия здесь ничего не изменилось, и внешне все выглядело столь же мрачно и уныло, как и в конце правления королевы Виктории. Днем улицы заполнялись шумом: с колесных лотков продавали овощи, фрукты, рыбу и дешевую одежду. А к вечеру они становились пустынными. Народ набивался в пивные и пабы. На мостовых и в сточных канавах оставался лежать никем не убранный мусор. Тут и там сновали прожорливые крысы, которые при появлении человека забивались в подворотни, выглядывая оттуда своими красными, заплывшими жиром глазками.

В один из таких вечеров Стив Раг, являвшийся ныне владельцем нотариальной конторы, решил обсудить со своим компаньоном Гэри Томасом весть о внезапной кончине их коллеги Майка Уилсона. Они планировали также решить, стоит ли теперь посылать в Нью-Йорк нового человека за деньгами Трейси Хэндфорд или плюнуть на все.

— Я думаю, мы вряд ли добьемся результата, — заметил Томас.

— Как жалко, что Майка грохнули до того, как он успел сообщить нам о результатах своего расследования, — покачал головой Раг. — Потому что если мы сейчас пошлем туда Дэвида, ему придется начинать поиски с самого начала.

Дэвид Макни работал у них всего полгода и пришел к ним сразу после окончания университета, где он учился бесплатно, будучи государственным стипендиатом.