Он не сразу ответил, вспоминая.

— М-м… да, приглашал. Видите ли, Тереза и Мануэль Бендотто жертвуют крупные средства на благотворительность, и я подумал, что они могут помочь мне в некоторых моих начинаниях в этой области. Впрочем, вы знаете, если бы не ваша фотография, я ни за что не вспомнил бы, приходили они тогда ко мне или нет. Я вообще о том вечере мало что помню… — расстроенно пробормотал он.

— Значит, этого человека вы не знаете?

— В первый раз вижу. — Сэр Эдвард еще раз скользнул глазами по снимку. — А что?

— Это Слай Капра.

Он приглушенно вскрикнул, тут же выхватил фотографию из рук Ребекки и впился в нее пристальным взглядом. Он изучал изображенного на снимке мужчину молча на протяжении нескольких минут. Все переживания сэра Эдварда были написаны у него на лице. Она чувствовала, что ему одновременно и интересно, и тяжело смотреть на человека, имевшего отношение к убийству Мариссы. Наконец не выдержав, Ребекка спросила:

— А где живут Бендотто?

— У них квартира в Ист-Сайде, около штаб-квартиры ООН. Я дам вам адрес.

— Спасибо. Я думаю сходить туда и повидаться с хозяйкой. Сделаю вид, что мне нужно сфотографировать ее для чего-нибудь. Скажем, как известную представительницу манхэттенского света. А? Как вы считаете?

— Будет лучше, если вы как-нибудь увяжете это с благотворительностью, — посоветовал сэр Эдвард. — Как я уже сказал, они буквально помешаны на этом деле. Это дает им возможность сойтись поближе с некоторыми влиятельными, «полезными» людьми… ну вы понимаете, что я имею в виду. Во имя священного дела благотворительности они сделают абсолютно все.

Ребекка улыбнулась:

— В таком случае я к ним на этой козе и подъеду.

Сэр Эдвард взглянул на нее.

— Вас примут, как самого дорогого гостя, я нисколько не сомневаюсь в этом, — хмыкнул он. — И что? Вы прямо так сразу и спросите ее о Слае Капре?

— Буду действовать по обстановке. Интуиция подсказывает мне, что это именно она провела его на ваш вечер, а не ее муж. Как вы думаете, она замешана в гибели Мариссы?

Сэр Эдвард, пораженный, уставился на нее:

— Да нет, что вы?! Это вряд ли… Впрочем, я теперь уже ни в чем не уверен. Они вроде принадлежат свету, но сейчас чтобы войти в свет, нужно только заплатить как следует… Откровенно признаюсь вам: я не знаю, что они за люди.

— Какого черта?! Где Ребекка?! — вскричал Стирлинг, швырнув трубку на телефонный аппарат. В голосе его сквозила тревога, в глазах пылало негодование.

Мина, сортировавшая фотографии на столе, вздрогнула и подняла глаза на босса.

— Я могу чем-нибудь помочь, Стирлинг? — спросила она. На ее красивом черном лице отразилось сочувствие.

Стирлинг крепко выругался, а затем покачал головой и пробормотал:

— Я уже двое суток не могу с ней связаться. Там, где она остановилась в Лондоне, никто не подходит к телефону. А мне хорошо известно, что, помимо нее, там еще живут три девушки. Спрашивается, где их всех носит?

— А вы оставляли свои сообщения на автоответчике?

— А то нет!

— Может быть, она там редко бывает? Она ведь уже прислала нам из Лондона поистине потрясающие снимки, — мягко проговорила Мина. — Возможно, теперь она напала на след очередной фотосенсации, а?

— Не знаю, не знаю… — проворчал Стирлинг, не объясняя причину своей тревоги.

В последний раз он говорил с Ребеккой по телефону два дня назад, когда она позвонила и сообщила, что сняла на пленку сыновей принцессы Дианы.