Мэг вспыхнула, припомнив спор с Заком на эту тему. Он не знает, что сегодня она заедет к шерифу. Зак предполагал, что она хочет повидаться с Джессом, и всячески одобрял эту поездку.

– Зак ворчит, что я снова езжу верхом, но он непременно передумает, когда узнает, что я не собираюсь отказываться от своей профессии.

– Это ваша жизнь, Мэг, – вздохнул Баффорд, вытащив из ящика стола пачку плакатов и шлепнув ее на стол. – Посмотрите, может, вас кто нибудь заинтересует. Располагайтесь. А я займусь доставкой заключенного в Денвер.

Он поднялся и нахлобучил шляпу.

– Кстати, есть кое что интересное. Вы когда нибудь слышали о Дюке Фримонте?

Мэг покачала головой.

– Фримонт – ловкий шулер и бабник, в Денвере он изнасиловал и жестоко избил молодую девушку, когда она отвергла его ухаживания. Но перед смертью она успела его опознать. Я буквально минуту назад узнал, что Фримонт сейчас в наших краях. Должно быть, ему отчаянно нужны деньги, потому что он ограбил дом Джейка Ройса и изнасиловал его дочь.

– Что он делает в Шайенне? – спросила Мэг.

– Думаю, ищет легкой поживы. Шайенн имеет соответствующую репутацию.

– Почему вы думаете, что он еще где то поблизости?

– Вчера его видели около пустующего участка Флойда. Я съездил туда и никого не обнаружил, но заметил кое какие следы. Как только доставлю заключенного, соберу отряд, чтобы выследить Фримонта. Нутром чувствую, он еще здесь.

– Позвольте сначала мне попробовать, – взмолилась Мэг. – Нам с Заком нужны деньги. Ведь за Фримонта назначено вознаграждение.

– Вчера получил известие из Денвера. Родители погибшей девушки дают за него, живого или мертвого, пятьсот долларов.

Мэг прищурилась, прикидывая, на сколько им с Заком хватит этой суммы.

– Я все таки посмотрю плакаты, прежде чем решить заняться Фримонтом. Может, найду что нибудь более подходящее.

– Поступайте как знаете. Когда вернусь, сообщите о вашем решении.

Мэг уселась за стол и начала просматривать плакаты, внимательно изучая каждый. Большинство из объявленных в розыск не привлекло ее внимания: или вознаграждение не так велико, или в последний раз их видели слишком далеко от Шайенна.

Она дошла до последнего плаката, когда ей бросилось в глаза знакомое лицо. Дрожащими руками она взяла со стола лист с нечетким изображением трех мужчин. Подпись гласила, что это братья Гентри, Рейф, Джесс и Сэм, сбежавшие от правосудия. Они ограбили банк в Додж Сити, в Канзасе. Они вооружены и опасны, предупреждал плакат. За поимку каждого назначена награда в пятьсот долларов.

Хотя изображение было смазанным, Мэг сразу узнала Джесса, человека, который показал ей, что любовь приносит радость и наслаждение, а не боль и унижение.

Джесс.

Объявлен вне закона.

А стоит ли удивляться? Разве она не предполагала чего то подобного? Но увидеть плакат – это убийственнее всяких предположений. Слава Богу, шериф, кажется, еще не видел его. Что то здесь не сходится. Джесс – грабитель и Джесс – опытный врач, который изо всех сил боролся за ее жизнь. Мэг украдкой огляделась, собираясь сунуть лист бумага в карман, но вернулся шериф.

– Выбрали кого нибудь? – спросил он.

– Я… я… думаю, да.

– Можно взглянуть? – поинтересовался Баффорд, вытягивая шею.

– Я… решила заняться Фримонтом, – произнесла она, быстро смешав плакаты так, что изображение братьев Гентри оказалось в самом низу. Если повезет, Баффорд забудет о них.

Шериф пожал плечами:

– Поступайте как знаете. Хотя, думаю, вы беретесь за непосильное дело. Если бы Парди скинуть пяток лет да послать его с вами, я бы не сомневался в успехе.