Нет, определённо, мне сегодня повезло; сложно встретить в такой красавице такую рассудительность и самоконтроль. Глаза вновь яростно полыхнули, но губы сложились в улыбку, и женщина, поведя плечами с видом «ну, как хотите», отстранилась. Всё-таки, восхитительная женщина; зачем ей нужна эта дрянь?

«Флёр желания» был наркотиком запрещённым, хоть и не слишком тяжёлым, а все его свойства были вполне понятны из названия. Он действовал как отличное возбуждающее, повышал получаемое в процессе удовольствие, способствовал повышенному выделению феромонов, и так далее. Ощущения-то он обострял, но без него уже «не торкало», да ещё начинались проблемы и с психикой, и, в особо запущенных случаях, с вегетативной нервной системой; почему он и относился к числу запрещённых.

Я накинул лёгкую куртку, — исключительно чтобы прикрыть браслеты, — и мы вместе вышли из номера.

В кафе, расположенное на первом этаже гостиницы, я за трое суток пребывания на этой планете до сих пор не заходил. Сначала была подготовка, потом сам бой, — в общем, не до того было. Даже своё ночное приключение я подцепил буквально на выходе из раздевалки. Впрочем, в свете «Флёра» ещё вопрос, кто кого цеплял.

Большие прозрачные двери впустили меня в довольно живописное место, выполненное в том же старинном стиле докосмической эпохи, что и вся гостиница. Круглые столики под белыми скатертями и ажурные стулья были озарены лучами солнца, проникающими через окна от пола до потолка. Покрытие на окнах делало свет уютно-тёплым, а не слепящими и жаркими. Картинка была очень пасторальной, на мой вкус — так даже слишком, но не вызывала откровенного отвращения.

В кафе было довольно людно; кажется, оно пользовалось популярностью не только среди постояльцев гостиницы. Я с порога окинул небольшое помещение взглядом, разыскивая рыжую макушку, но Катя сама привлекла моё внимание, махнув рукой и окликнув по имени. Она сидела почти возле входа.

— Привет, — несмотря на подозрения, вполне искренне улыбнулся я, подходя. Кнопка подскочила с места и кинулась обниматься.

— Ванька! Ну ты и вымахал, ну ты и заматерел! — потрясённо проговорила она, хлопая меня по плечам и груди. — Я тебя, конечно, по галанету наблюдала, но по видео ты не так внушительно выглядишь. Какой ты теперь Барсик; целый Барс!

— А ты тоже заметно похорошела, — вернул я комплимент, придерживая её руками за плечи и критически разглядывая. Короткие шортики и светлая маечка великолепно подчёркивали ладную аппетитную фигурку девушки. Однако, как незаметно растут соседские девчонки; была ведь пигалица с вечно разбитыми коленками. — Смотри-ка, какая красавица вымахала!

— Да так уж прям и красавица, — отмахнулась она и вернулась к столу. — В сравнении с твоей невестой так, мышь серая!

— С какой невестой? — опешил я, но потом сообразил и рассмеялся, плюхнувшись на стул. — Ты об этой красавице, с которой я распрощался у входа в это замечательное заведение? Разочарую я тебя или обрадую, но это не невеста, я с ней вчера познакомился и больше никогда не увижусь. Я даже не помню, как её зовут!

— Фу! — скривилась Катя. — Вань, от тебя я такого не ожидала. Это же низко!

— Что — низко? — возмутился я. — Я что её, силком затаскивал? Слушай, оставь мой моральный облик в покое, вот женюсь и стану положительным примером, а сейчас-то какая разница!

— Не женишься ты такими темпами, — вздохнула она, махнув рукой. — Знаю я вас, бабников: зачем жениться, если можно ограничиться одним вечером. Ни обязательств тебе, ничего. Ладно, извини, это правда не моё дело; просто ты мне с детства помнился таким милым и благородным, настоящим рыцарем.