Хеллер моментально оказался на аллее колледжа и стал рысцой пробираться между кучками студентов, звонко щелкая по плиткам дорожки. Вскоре он уже стоял перед дверью с табличкой: «Мистер Туодл. Заместитель декана от студенчества». Мистер Туодл, в рубашке с закатанными рукавами, сидел за столом и заполнял целые стопки каких-то формуляров. Это был маленький лысый человечек. Он жестом пригласил Хеллера садиться и, откинувшись на спинку кресла, принялся набивать табаком огромную трубку.

— Мне хотелось бы нанять одного из выпускников, — сказал Хеллер.

Мистер Туодл приостановил процесс набивания трубки и впился изучающим взглядом в Хеллера:

— Фамилия?

Хеллер подал ему свои заполненные анкеты.

— Иными словами, вы хотите сказать, что ваши родители желали бы воспользоваться платными услугами выпускника нашего университета?

— А у вас имеются такие? — спросил Хеллер.

— А какая специальность вас конкретно интересует, Уистер?

— Акции и операции на бирже, — с готовностью ответил Хеллер.

— Ага, вам требуется доктор в области деловой администрации. — Мистер Туодл снова занялся своей трубкой.

— Он обязательно должен быть старше двадцати одного года, — поспешил добавить Хеллер.

Мистер Туодл снисходительно рассмеялся:

— Доктор в области деловой администрации, несомненно, будет никак не моложе двадцати одного года, Уистер. Ежегодно в этом предмете бывает столько новшеств и изменений в законодательстве, что изучение его вообще может растянуться на бесконечность. Но боюсь, что вы выбрали самое неудачное время года. Вам следовало бы обратиться со своей просьбой хотя бы в минувшем мае. Понимаете, их буквально всех расхватали. А следующий урожай выпускников поспеет не ранее октября, когда будут утверждаться ученые степени, что намечается сделать только через два месяца. А по правде говоря, обстоятельства сложились так, что и в октябре у нас никакого урожая не предвидится. — И он удовлетворенно раскурил трубку.

— А может, у вас остались хоть какие-нибудь кандидатуры? Поглядите, пожалуйста.

Будучи по характеру парнем компанейским, мистер Туодл вытащил из среднего ящика стола довольно замусоленный список, разложил его перед собой и принялся якобы старательно просматривать.

— Нет. Как я и говорил, всех разобрали.

Хеллер чуть пододвинул свой стул к столу и указал пальцем куда-то в середину списка. Я еще не знал, что он умеет читать вверх ногами. Но если он и умел это, то должен сказать, что преуспел не очень, поскольку рядом с указанным им именем стояло множество каких-то пометок.

— А вот этот человек не отмечен у вас как получивший назначение, — сказал Хеллер.

Мистер Туодл добродушно рассмеялся:

— Так это же Израэль Эпштейн. Он ведь так и не защитился. Его диссертация не была допущена к защите. С этим я знаком. Честно говоря, даже слишком хорошо знаком. Вы можете себе представить, что он собирался всучить нам? И при этом, заметьте, несмотря на все предостережения и добрые советы. Он предложил в качестве диссертации реферат, а вернее — просто статейку под заголовком «А нужно ли вообще правительство?» Правда, вылетел он отсюда совсем по другой причине.

— Но ведь ему больше двадцати одного года, — сказал Хеллер.

— Да уж это точно. Он заваливал свою докторскую диссертацию три последних академических года подряд. Уистер, предупреждаю вас, что этот молодой человек — активист, уклонист и революционер самого неприятного толка. К конформизму его никак не склонить. Он бойкотирует даже молодежную коммунистическую лигу. Да это просто хищник какой-то, ревущий тигр! Анархист с горящим безумным взглядом, готовый буквально на все! Он отщепенец.