— Вот эти кнопки — автоматический выбор станций. Каждой станции соответствует определенная кнопка. Ты находишь нужную, а потом нажимаешь одну из кнопок. Потом можешь включать приемник. Однако, включая его, ты каждый раз будешь попадать на волну той же станции, просто нажав эту кнопку.

— А вы очень много знаете об автомобилях, — заметил Хеллер.

— У меня когда-то был собственный.

Какой-то грузовик медленно выполз из ворот прямо перед их носом. Хеллер рванул руль. Они с шумом прокатились по гравию на обочине, машину качнуло, но Хеллер снова вернул ее на дорогу.

— А вы ведь не из этих мест, не так ли? Я это заметил по вашему выговору.

Я быстро сделал у себя пометочку. В разговоре с девушкой его виргинский акцент постепенно уступил место выговору жителя Новой Англии. Ага! Нет ли тут нарушения Кодекса? Хеллер тем временем попеременно жал то на тормоза, то на газ, беря очередные многочисленные виражи. Мимо пролетали изгороди. Он успел случайно наткнуться на ножной переключатель света и включил свет ходовых огней. Полицейские машины шли, отставая всего на несколько сотярдов и подымая немалый шум.

— О, я родилась в семье, многие поколения прожившей в Виргинии, тут ничего не скажешь, — проговорила Мэри. Она все время терла глаза и сморкалась в подол своей короткой юбки. — Родители мои занимались фермерством. Им не хотелось обрекать меня на такой тяжелый труд.

Машина с воем вошла в новый вираж.

— Нет, мне просто необходимо принять дозу, — сказала Мэри, высморкавшись в очередной раз. — Во всяком случае, отец и мать поскребли по сусекам и набрали достаточно средств, чтобы отправить меня учиться в женский колледж Бассарда — в тот, что немного выше по Гудзону от Нью-Йорка. Они с грохотом промчались по деревянному мосту и взлетели на холм по другую его сторону. Почти сразу же послышался и рев полицейской машины на мосту.

— Похоже, что ты — вполне приличный парень, — сказала она. — Так вот, я должна дать тебе один полезный совет. Постарайся любой ценой получить диплом. При существующих порядках работу тебе дадут не потому, что ты что-то знаешь или умеешь. Главное — диплом, корочки, как говорится. Это единственная вещь, с которой у нас считаются. Никто тебя и слушать не станет, если у тебя нет этого клочка официальной бумаги.

— Необходимо иметь диплом, чтобы хоть кто-нибудь стал разговаривать с тобой, — проговорил очень раздельно Хеллер, как бы запечатлевая слова в памяти. Один из полицейских автомобилей прибавил скорость, его передний бампер почти сравнялся с задними колесами «кадиллака». Послышался щелчок, а потом голос из мегафона:

— Прижмитесь к обочине и остановитесь (…) (…)! Вы арестованы!

Подчиняясь рулю Хеллера, задний бампер «кадиллака» угрожающе придвинулся к передним колесам патрульной машины. Сидевший за рулем полицейский резко затормозил. Хеллер выровнял «кадиллак» и нажал на акселератор.

— Ну, и удалось вам получить свой диплом? — спросил Хеллер.

«Кадиллак» тем временем спускался к броду через небольшой ручей. Вода фонтанами взвилась в воздух по обе стороны машины. Мотор взвыл, вынося машину на крутой противоположный берег.

— О да, — сказала Мэри. — Кстати, нужно еще и получить ученую степень если уж хочешь чего-нибудь добиться. Я, например, являюсь дипломированным и официально утвержденным доктором философии. У меня даже в сумочке лежит докторский диплом. Я тебе его обязательно покажу при случае. Доктор философии в области психологических наук, вот так вот. На подъеме машина чуть было не взвилась в воздух.