Всегда чрезвычайно интересно тайно знакомиться с чужой корреспонденцией. А кроме того, я заслуживал некоторой компенсации за то, что не смогу лично присутствовать при аресте Хеллера, хотя и отлично знаю, что произойдет это в самое ближайшее время.

Я достал из кармана кителя письмо, полагая, что это наверняка слюнявое послание, адресованное графине Крэк, — как бы она взбесилась, узнав о том, что в данный момент Хеллер проводит ночь в тайно снятом номере в компании с явно больной проституткой. Я достал конверт, расправил его и поднес к свету. Оказалось, что он зеленоватого цвета, а в таких конвертах пересылают официальные бумаги. У меня сразу же волосы встали дыбом.

На конверте стоял четкий адрес:

Капитану Тарсу Роуку, Личному Астрографу Его Величества,

Дворцовый город, Волтар, Конфедерация Волтар.

Правительственное срочное. Да здравствуют Их Величества!

Оказывается, у него есть выход на самого Роука! Несмотря на потрясение, я постарался поскорее собраться с мыслями. Когда же он смог завязать знакомство с ним? И тут мне припомнилось, что капитан Таре Роук был на наших проводах. И Хеллер действительно Какое-то время беседовал с ним. Я не обратил на этот эпизод особого внимания, потому что так доверчиво принял подсунутый мне тот проклятый наркотик, этот опаснейший амфетамин-метедрин. Ясн, что это был тщательно разработанный заговор. Но я взял себя в руки. Итак, проведем анализ: Ломбар перед отлетом сказал мне, что Хеллер будет отсылать свои отчеты Великому Совету. Мне же предстояло перехватывать их и, отработав способ подделки, фальсифицировать и только потом отсылать адресату. И лишь после этого я получал возможность устранить Хеллера. Ну что ж, отлично. Пока что я все делаю правильно. Я честно выполняю свой долг. А это письмо — просто первый из докладов Хеллера. Он оказался настолько глупым, что воспользовался моими услугами в качестве передаточной инстанции на линии связи с Роуком, а это означает, что другой связи у него просто не имеется.

Итак, все идет как нельзя лучше.

Конверт был не только заклеен, но и запечатан. Но это не могло служить для меня препятствием. Пользуясь методикой, известной только Аппарату, и применяя специальный инструментарий, предназначенный именно для таких случаев, я вскрыл конверт так, что это не могло быть кем-либо замеченным. Вложенная в конверт бумага оказалась довольно крупного формата, но именно на таких листах ведется вся официальная переписка.

После обычных в таких случаях формальных приветствий в письме говорилось:

Как мы с вами и условились, только в том случае, если вы перестанете получать от меня ежемесячно аутентичные весточки, вы должны порекомендовать Его Величеству приступить к осуществлению второго альтернативного варианта.

Потом пошел обычный треп, где Хеллер говорил о том, что миссия может растянуться на значительный срок, что буксир в полете вел себя отлично, и выражал благодарность за высказанные капитаном Тарсом идеи относительно динамики развития полярных областей. Затем пошли воспоминания о том, как в одной из своих лекций капитан Таре высказал мысль, что в качестве источника энергии может быть использовано смещение оси планеты. Далее он интересовался, помнит ли капитан Баффи Джоупа, студента, который считал, что планетам следует вращаться вокруг своей оси помедленнее, чтобы у студентов оставалось больше времени на сон. Потом он заверял капитана Тарса, что справится здесь со своей задачей, но просил его держать все дела под своим строгим контролем. Прежде всего я обнаружил из письма, что Хеллер, оказывается, был одним из студентов Тарса Роука в астрографическом колледже, в котором капитан часто читал лекции. Тон письма явно указывал, что Хеллер принадлежал к той крайне неприятной категории студентов, которые нравятся преподавателям.

Второе, что я понял из письма, — тот несомненный факт, что через капитана Хеллер имел выход на его величество Клинга Гордого.